Иногда по вечерам, поглядывая на опал, который Алла клала на полочку трюмо возле кровати, Борис представлял себе, что бы он купил, окажись у него на руках такая сумма, и каждый раз решал, что поставил бы половину на какую-нибудь многообещающую лошадь на скачках (на ипподроме он никогда не играл, но ему казалось, что он непременно должен выиграть), а другую половину потратил бы на всякие мелкие удовольствия, вроде посещения ресторанов и казино. А самое главное — ни копейки не дал бы жене, и так высасывающей из него бабки каждый месяц."
"Пару раз Борису приходила в голову мысль развестись с Аллой, но здравый смысл услужливо подсказывал, что тогда он потеряет все, что имеет.
* * *Администратор за стойкой поднял брови при виде Даши и хотел что-то сказать, но сдержался.
Не обращая на него внимания, Даша подошла к стойке и открыла журнал регистрации.
Администратор возмущенно смотрел, как она листает страницы, оставляя на них мокрые следы, но почему-то промолчал. Сумасшедшая русская, крепко сжимая что-то в левой руке, правой вела по строчкам, бормоча себе под нос.
Даша постучала в дверь номера Аллы и подождала. Никто не отвечал. Она постучала еще раз. Тишина. Повернулась было к двери спиной, и тут в замке заскрежетал ключ.
Створки приоткрылись, и Даша увидела Аллу. Та была в сиреневом пеньюаре, не скрывавшем чуть полноватую фигуру.
— Даша? — удивилась она. — Что случилось?
Даша, не говоря ни слова, протянула ей опал. Несколько секунд Алла молча смотрела на него, а потом ахнула и схватила камень.
— Что тут такое? — прозвучал из глубины номера мужской голос.
Даша подняла взгляд и увидела за Аллой… не Бориса, а Никиту в майке и джинсах. Он недоуменно посмотрел на Дашу, потом перевел глаза на Аллу и наконец увидел камень.









