Женщины Цезаря

О, я бы убила тебя, Цезарь, но Юлия всегда была его идеей, не моей. После того как мы с тобой стали любовниками, я считала их помолвку средством удержать тебя. Но это было очень неудобно, раз все узнали о нас. И инцест – это не для меня. – Сервилия скорчила гримасу. – Инцест принижает.

– Что ни делается, все к лучшему.

– Банальности тебе не идут, Цезарь.

– Они никому не идут.

– Что заставило тебя прийти к нам так скоро? Благоразумный человек держался бы некоторое время в стороне.

– Я забыл передать послание от Помпея, – ответил Цезарь, и глаза его озорно блеснули.

– Какое послание?

– Если Брут захочет, Помпей будет счастлив отдать за него свою дочь взамен моей. Он говорил это совершенно искренне.

Сервилия вскинулась, как египетская гадюка.

– «Искренне»! – прошипела она. – «Искренне»? Можешь сказать ему, что Брут скорее вскроет себе вены! Мой сын женится на дочери человека, который казнил его отца?

– Я передам ему твой ответ, но все же смягчу его, поскольку он – мой зять.

Цезарь протянул к ней руку. По выражению его глаз Сервилия поняла, что он не прочь развлечься.

Она поднялась.

– Очень влажно для этого времени года, – сказала она.

– Ты права. Не стоит надевать на себя слишком много. Будет легче.

– По крайней мере, Брута сейчас нет и весь дом в нашем распоряжении, – сообщила Сервилия, ложась с ним в постель, которую не делила с Силаном.

– Твой цветок самый восхитительный, – лениво заметил Цезарь.

– Да? Я не замечала. Кроме того, нужен эталон для сравнения. Хотя я польщена. В свое время ты достаточно нанюхался в спальнях Рима.

– Да, я собрал много букетов, – серьезно ответил он, работая пальцами. – Но твой – лучший, не говоря уже о том, что он самый ароматный. Такой темный, почти тирского пурпура, и так меняется в зависимости от освещения. А твой черный мех… такой мягкий. По-человечески ты мне не нравишься, но я обожаю твой запах.

Сервилия шире раздвинула ноги и наклонила к себе голову любовника.

– Тогда наслаждайся им, Цезарь, наслаждайся им! – крикнула она. – Ecastor! Ты замечательный!

Птолемей XI Теос Филопатор Филадельф по прозвищу Авлет, Флейтист, взошел на престол Египта в пору диктатуры Суллы, вскоре после того, как разгневанные граждане Александрии разорвали на куски предыдущего царя, пробывшего на троне всего девятнадцать дней. Так они отомстили ему за то, что он убил их любимую царицу, свою жену.

Со смертью этого царя, Птолемея Александра II, оборвалась законная линия Птолемеев и всплыло одно осложнение: несколько лет Сулла держал Птолемея Александра II в Риме заложником, принудив того завещать Египет Риму в том случае, если он умрет, не оставив наследников.