Женщины Цезаря

Но мы должны очень постараться, чтобы это стало популярным. Я намерен использовать Катулла – он так хорошо пишет памфлеты! Теперь, когда Клодия порвала с ним, он изо всех сил старается насолить ей и ее младшему брату. Я бы хотел снова привлечь Куриона, но он отказывается. Однако не будем сосредоточиваться на Цезаре, он невосприимчив к нашим уколам. Сделаем главной мишенью Помпея Магна. До конца года мы должны быть абсолютно уверены, что каждый день на Форуме будет как можно больше наших сторонников. На самом деле количество не играет роли. Шум на Форуме – вот что имеет значение. Основная масса городских и сельских жителей выступает за законы Цезаря, но они почти никогда не бывают на Форуме, за исключением голосования или важных contio.

Бибул перевел взгляд на Катона:

– Тебя ждет специальное задание, Катон. Я хочу, чтобы ты использовал любую возможность, чтобы вывести из себя Цезаря. Пусть велит сажать тебя в Лаутумию. Почему-то он эмоциональнее реагирует на тебя или Цицерона. Наверное, вы оба обладаете способностью забраться под его седло, как репей. Всякий раз мы предварительно будем организовывать все так, чтобы присутствующие на Форуме были готовы поддержать тебя и осудить оппозицию. Помпей – слабое звено. Необходимо заставить его чувствовать себя уязвимым.

– Когда ты намерен удалиться в свой дом? – спросил Агенобарб.

– За два дня до ид, в единственный день между праздниками – Мегалезиями и Цериалиями, когда в Риме будет полно народу, а на Форуме полно зевак. Не имеет смысла что-либо предпринимать без большой аудитории.

– И ты думаешь, что вся деловая жизнь замрет, когда ты удалишься в свой дом? – спросил Метелл Сципион.

Бибул удивленно поднял брови:

– Надеюсь, что не замрет! Цель моего плана – заставить Цезаря и Ватиния издавать законы вопреки знамениям. Это значит, что, как только закончится их срок, мы сможем объявить эти законы недействительными. Не говоря уже о том, что мы обвиним их в maiestas. По-моему, обвинение в измене звучит замечательно!

– А что, если Клодий станет плебейским трибуном?

– Не вижу, как это может что-либо изменить. Клодий ненавидит Помпея Магна, хотя не понимаю почему. В следующем году Клодий будет нашим союзником, а не врагом. Если его изберут.

– Он и на Цицерона имеет зуб.

– Как это может касаться нас? Цицерон – не boni, он – язва. О боги, я проголосовал бы за любой закон, который в состоянии заткнуть его, когда он начинает нести чепуху о том, как он спас свое отечество! Можно подумать, что Катилина был хуже Ганнибала и Митридата, вместе взятых.

– Но если у Клодия зуб на Цицерона, он будет и против тебя, Катон, – сказал Гай Пизон.

– Каким образом? – удивился Катон. – Я просто высказал свое мнение в сенате. Я не был старшим консулом, я даже не стал плебейским трибуном.