7
0– Но можно, наверное, как-то иначе попробовать. Немного толку от Савки в этот раз…
– Просто зацепок слишком уж мало.
– А у Акелы нет никаких фоток? Ну, старых каких-нибудь? Может, с соревнований?
Я удрученно покачала головой:
– Нет. Он уехал из дома с одной сумкой, ничего не взял, и никаких фотографий у него, разумеется, нет.
– А название клуба, в котором он тренировался, вы не знаете? – не отлипал настырный Никита, и я начала напрягать память.
Клуб был не совсем легальный, но название-то у него точно имелось… И Акела мне его называл, я могла голову прозакладывать, вот только вылетело оно у меня, к сожалению. Я изо всех сил копалась в памяти, стараясь вспомнить хотя бы аналогию, но ничего не получалось. И вдруг… «Синкагэ-рю»![11] Точно! Ну точно! Именно так – потому что сэнсэй моего мужа сам был приверженцем именно этой японской школы, следовательно, и свою в России назвал точно так же! О, черт!
– Никита, я, кажется, вспомнила! – слетев пулей с подоконника и вцепившись в подлокотники кресла, в котором сидел телохранитель, возбужденно зашипела я. – «Синкагэ-рю»! Она так называлась – «Синкагэ-рю»! И было это в… – я назвала город, откуда родом был Акела.
– Банзай! – рявкнул Никита, подхватив меня под мышки и вскочив. – Это же теперь совсем просто – Савка слетает туда после праздников и выяснит, с кем мог враждовать так давно Акела!
– Во-первых, поставь меня на место, – приказала я, не совсем довольная тем, что приходится болтать ногами в воздухе, – во-вторых, после праздников – поздно, а в-третьих, это еще доказать надо, что именно там, в школе, что-то случилось. Слишком много лет прошло, чтобы человек хотел отомстить.
Никита бережно опустил меня на пол и взъерошил рыжий затылок:
– А ведь точно… Но чем черт не шутит? Да и праздники у Савки – растяжимое понятие, его ноги кормят – буквально. Вдруг все-таки кто-то что-то вспомнит?
– Ты учти, что прошло больше двадцати лет, а основатель школы умер, – разочаровала я. – Возможно, там уже никто ничего не помнит. И школы-то никакой тоже может не быть – она в те годы существовала полулегально, на личные деньги этого сэнсэя. Энтузиаст был, хотел пацанов с улицы при помощи боевых искусств забрать.
– Вечно вы… – недовольно пробормотал Никита, явно расстроенный тем, что его вполне логичная и красивая версия оказалась висящей на волоске. – Попробовать-то можно.
– Можно. Только вот боюсь – зря.
Наш увлекательный диалог был прерван появлением Сони – она ворвалась в дом охраны, как сквозняк, в накинутой на плечи шубке и валенках на тонкие колготки, чем вызвала у меня волну родительского гнева.
