5
0
После этих слов она внимательно посмотрела на служанку, но та даже не изменилась в лице. Это могло значить одно из двух – или травить ее снова пока не собирались, или Ханна была очень хорошей актрисой.
– Конечно, госпожа, – девушка поклонилась и вышла из покоев.
Беатрис пришла на удивление быстро. Что-то подсказывало Розе, что Ханна перехватила ее по пути к ним. Видимо, женщина хотела еще раз поговорить о плохом поведении падчерицы.
– Розали! – заметив Розу, почти закричала Беатрис. – Почему ты не открывала дверь? Я так волновалась! Думала, с тобой что-то случилось!
Роза хмыкнула.
– Мне просто требовалось время, – отозвалась она и кивнула в сторону свободного дивана. – Присаживайтесь, матушка. Ханна, ступай.
Судя по любопытным глазам Беатрис, она не могла дождаться, когда служанка выйдет. Стоило той закрыть за собой дверь, как женщина накинулась на Розу с вопросами.
– Почему она крутится рядом? Разве ты не знаешь, что она была любовницей короля? Ты ведь слышала, что он бросил ее? А, я поняла, – Беатрис откинулась на спинку дивана и слегка удивленно улыбнулась.
Роза хмуро посмотрела на женщину напротив. Что она себе придумала?
– Не понимаю, о чем ты говоришь.
– Конечно, конечно, – с готовностью закивала Беатрис. – Надо же, никогда бы не подумала. Но ты молодец. Так и надо. Эта… Ханна, – Беатрис произнесла чужое имя так, словно ей в рот запихали жабу, – много о себе думает. Надо поставить ее на место. Я даже могу помочь тебе с этим.
Роза наконец осознала, о чем говорила женщина.
– Я не собираюсь… – начала она, но замолчала. Какой толк спорить и что-то доказывать? Мачеха явно уже все придумала и поверила в свою выдумку. – Впрочем, я хотела поговорить не об этом.
– А о чем? – заинтересовалась Беатрис и подтянула к себе тарелку с булочками с маслом. – Не завтракала еще. Совсем забегалась. Столько дел, столько дел.
– Пожалуйста, – разрешила Роза, внутренне радуясь, что первой еду попробует мачеха. – Я хотела спросить тебя кое о чем, но не уверена, что ты знаешь.
При этих словах Роза внимательно посмотрела на открытую (даже излишне) шею Беатрис. Кожа была полностью чистой.
– Я не знаю? – Кажется, женщину даже возмутило такое предположение. – Быть такого не может! Я знаю обо всем, что происходит в этом замке и городе! Спрашивай.
Роза нарочито внимательно осмотрелась по сторонам, будто пыталась удостовериться, что их никто не подслушивает. Весь ее вид буквально кричал об осторожности.
