Защита

Вчера вечером я притворно протягивал Кеннеди руки для наручников, когда всячески пытался его выпроводить. Точно – руки мои он прекрасно разглядел.

– Порезался вчера. Стеклом. Это была моя кровь. Вот, смотрите. Вон он, порез, – сказал я.

Кеннеди внимательно изучил мою ладонь.

– По-моему, это первый случай, когда вы говорите мне правду, – заметил он. – Так что бросьте нести пургу и выкладывайте остальное.

– Да больше особо и нечего выкладывать.

– Послушайте, я вижу, что вы нервничаете. Встаете на защиту клиента и все такое. Но в данный момент это вы – тот человек, которому нужна защита. Я хочу исключить вас, чтобы полностью сосредоточиться на вашем клиенте. И поэтому мне требуется ваше добровольное согласие на обыск в вашей квартире.

Он развернул вынутый из кармана пальто листок и сунул его мне под нос. Это был стандартный бланк согласия владельца на обыск жилого помещения. Я припомнил тот момент прошлым вечером, когда стоял перед наглухо закрашенной оконной рамой и охлопывал карманы в поисках ключей. Либо ключи просто выпали из кармана, когда утром меня вырубили в лимузине, либо же… Ужасная мысль поразила меня, словно прямой в голову, – Артурасу нужно было подставить меня как взрывника! Он вытащил у меня ключи, чтобы подбросить ко мне в квартиру что-то инкриминирующее – что-то, что связало бы меня с взрывным устройством. Кеннеди я не мог выдать даже самой малости, по крайней мере, пока – когда рядом ошивается навостривший уши Левин, а у меня нет доказательств. Таких доказательств, которые позволят преподнести ему на тарелочке и Левина, и русских – и которые надежно перевесят абсолютно все, что эти твари могли подбросить мне в квартиру.

Левин словно почувствовал, что я за ним наблюдаю. Подошел ко входу, вжикнул молнией.

– Лучше бы нам двигать, иначе не поспеем, – произнес с улыбкой.

Кеннеди застегнул мешки, поднялся, вытащил из правого нагрудного кармана мобилу.

– Подписывайте согласие, и мы исключаем вас из расследования. Сосредоточим усилия на настоящих преступниках. Последний раз предлагаю, – сказал он, держа телефон на весу."

"– Мне нечего вам сказать, – ответствовал я.

Откинув крышку телефона, агент набрал номер.

– Это Кеннеди. Я тут с Флинном. Он отказывается давать согласие на обыск. Так что исправь-ка последний абзац ходатайства, пусть звучит так: «Эдди Флинн, адвокат и член адвокатской коллегии, отказался от сотрудничества по обоснованному предложению со стороны федерального правоохранительного агентства произвести обыск в принадлежащем ему жилом помещении с целью исключения данного лица из числа подозреваемых в ходе проведения оперативных мероприятий».

Он сделал паузу, чтобы его собеседник на другом конце линии успел все это записать.