Защита

Я обещал Джимми, что привезу ровно четыре миллиона долларов, и должен убедиться, что это в точности та сумма, – отрезал я.

Опустился на колени, расстегнул молнии обеих сумок и принялся вынимать «капусту», прочно упакованную в стопки дюймов шесть в высоту.

Склоняясь над сумкой и перекладывая толстенные пачки, я втихаря приглядывал за Артурасом и Виктором.

Через несколько минут на полу возле меня скопилась порядочная куча наличных. Артурас поманил Виктора за собой в коридор. Продолжая внаклонку копаться в сумках, я по-прежнему хорошо видел обоих. Артурас стоял ко мне спиной. Виктору тоже было не разглядеть, что происходит в офисе, – загораживал Артурас.

Крошечный черный баллончик с жидкостью легко спрятать, но трудно найти, особенно в глубоком кармане. Колпачок бесшумно открылся, и я четыре раза нажал на головку распылителя. На верхние пачки денег в куче опустились белесые, тут же растаявшие облачка, похожие на клубы обычного пара из чайника. Защелкнув колпачок, я быстро сбросил черный баллончик в карман пальто.

Через сорок пять минут притворного пересчета денег я решил, что хватит. Встал, потянул ноющую шею, ругнулся от боли и позвал Артураса.

– Слушай, этот ваш Виктор хоть когда-нибудь занят делом? Скажи ему, пусть подсобит тут обратно все запаковать.

Виктор опустился на колени рядом со мной. Я удостоверился, что ему досталась только что помеченная мною куча. Всякий раз, когда он брался за очередную денежную буханку, то касался и осевшего на ней аэрозоля. Тот оставлял на руках следы – уникальную химическую «подпись», намертво привязывающую Виктора к этим деньгам.

Глава 37

Без утренних пробок поездка от склада до ресторана Джимми заняла около тридцати пяти минут. Далеко не худшая автомобильная прогулка в моей жизни – лимузин, прямо под ногами четыре миллиона долларов… И ладно, что пойдут они наикрутейшему парню, какого я только встречал в своей жизни, – моя дочка для меня куда дороже, а только он и сумеет ее найти.

Пока мы неслись по Нижнему Манхэттену, я видел, как уличные торговцы буррито расставляют на углах свои тележки, а прохожие расхватывают толстые пачки свежих газет – город открывал глаза навстречу новому дню. Солнце грозило в любую секунду пробиться сквозь густой лес высоченных зданий. Я был полностью вымотан. До сих пор меня держал лишь адреналин. За прошедшие сутки я толком не спал, и стоило мне только об этом подумать, как меня одолела зевота.

Ресторан у Джимми манерный, один из лучших в городе, и расположен в самом сердце Маленькой Италии, на Малберри-стрит. И у меня уже была мысль, как туда пробраться, чтобы меня не срисовали притаившиеся в округе представители разнообразных силовых структур.

– Сворачиваем вправо на Мотт-стрит, – приказал я.