3
0
Кажется, что нутро наждаком продирает.
Никогда прежде не доводилось с кем-то объясняться. Не приходилось что-то сочинять и хоть что-то чувствовать. А сейчас… Я чувствую. Я чувствую так много, что ни хрена из этого разобрать не могу. И главное, не хочу. К черту! Уже встрял по самую шею.
– В смысле все, Дань? – кусая губы, улыбается уголком губ.
У меня дуреет сердце. Закатывает какую-то дивную истерику, словно решило со мной к херам заканчивать.
– В том смысле, что не показывай мне свой лист задач, Марин. Сама справляйся. Я пас, ясно? Не буду помогать, не буду как-то участвовать… На хрен, ясно?
Маринка улыбается.
– Ладно. Я поняла, – в какой-то момент отводит взгляд.
Подвисает, фокусируясь на непонятной мне ерунде. Я же всматриваюсь в ее лицо. Так пялюсь, даже вперед подаюсь. В каком-то удушающем страхе, что вижу в последний раз, впитываю образ целиком.
Маринка подхватывается.
– Пока, Дань, – бросает, едва взглянув.
Выскакивает из машины и убегает.
– Пока…
9
Совсем озверел?!
© Марина Чарушина– Эдя, – окликаю друга и извечного партнера по танцам, но смотрю при этом через бассейн на террасу.
Деловито поправив очки, вновь приклеиваюсь взглядом к Дане.
Неужели, и правда, плевать ему на меня? Неужели не вспоминает произошедшее? Неужели не горел желанием меня увидеть?
Я за прошедшую неделю только что не выла от тоски. Так обрадовалась, когда брат созвал друзей на дачу. Мандражировала от восторга, волнения и предвкушения.
«А что ты хотела, Марина? Знала ведь, какой он!», – ехидничает мое внутреннее «Я».
Понимала, безусловно, что Шатохина мне удивить нечем. Но, черт возьми, надеялась зацепить!
«Наивная маленькая дурочка… Представляешь, сколько у него таких было?»
Ну и пошел он! Сволочь! Буду я еще расстраиваться! Ха!
– Боже, Эдь! Что ты там возишься?! – выкрикиваю в психах. Эдька, бедный, прям подскакивает. Мне мгновенно стыдно становится. – Прости, – приглушаю обороты. – Давай уже, мажь, а то я усну, пока ты раскачаешься.
– Сейчас-сейчас, Рин… Я просто открутить не мог, – бормочет парень, пока я выпрямляюсь.
Чувствую прохладу масла на коже. Прикрываю глаза и пытаюсь расслабиться. Но внутри всю аж колотит.
Наверное, я какая-то неправильная. Не так себя веду. Не стоило сразу позволять Даньке себя трогать… Вспоминаю, и по телу дрожь идет, а в животе разливается томление.
– Замерзла, Рин? Закрыть зонт? – суетится заметивший моих мурашек Эдик.
– Нет, нормально все, кот. Просто масло прохладное.
