0
0Но подозреваю, что у него в приоритете были другие свойства.
Корабль ганзейских купцов, на котором везли нас, был большим, и я не знаю, как он точно назывался, потому как все назвали его по-разному. Капитан Сэл, давая последние наставления строго наказал из команды общаться только с капитаном. Да и то, по возможности через командира своего отряда, который был безземельным бароном, как и капитан Сэл, но был помладше капитана, звали его Седрик Мюррей.
Мне понравилось в нём та уверенность, с которой он командовал небольшим отрядом, то достоинство, с которым он общался с купцами, представляющими Ганзу, которой и принадлежали корабли.
Несмотря на молодость, чувствовалось, что у парня за спиной реальный боевой опыт и умение решать ситуации не только бряцая длинным тяжёлым мечом, с которым он, похоже тоже прекрасно умел обращаться.
Я стала называть Седрика капитаном. В конце концов, в моём праве присвоить человеку звание. Пока не было капитана Сэла, Седрик полностью принимал на себя его обязанности.
Я видела, что парню это понравилось и явно мотивировало. Потому как я сказала, что это не просто «красивое название», а он в этом путешествии получает все полномочия, оплату, но и ответственность капитана."
"На корабле была одна палуба, под которой было два уровня, самый нижний, тот, что находился под водой, был завален камнями «для устойчивости», и я даже вспомнила термин про ватерлинию, который весьма понравился капитану. И он теперь ходил за мной, расспрашивая, не хочу ли я ещё чему-либо дать интересное название.
На корабле было две мачты, на которых были закреплены треугольные паруса, похоже, что кораблестроение в этой реальности ещё находилось в самом начале своего развития. Но здесь я ничем не могла помочь, даже нарисовать бы, наверное, вряд ли смогла какой-нибудь красавец галеон или бриг.
Также на нижней палубе находилось помещение для гребцов, которые располагались по обоим бортам, как на галерах. На мой вопрос капитан так и ответил, что да, это какая-то «шнека», но усовершенствованная, потому что у «ганзейского союза всё самое лучшее».
На это у меня и была ставка, когда я попросила капитана Седрика угостить ганзейских купцов галетами и чуть-чуть дала крекеров, произошло это на четвёртый день плавания, когда даже нам на обед принесли солонину в горячем бульоне.
Наши крекеры были тут же утоплены в мисках и в результате мы получили прекрасную сытную кашу, не сильносолёную, с ароматом трав и пикантным вкусом козьего сыра.
Конечно, наши люди все получали порцию галет и выглядели гораздо более довольными, чем матросы.
Купцы пришли на следующий день.
Я стояла на палубе, со мной стояла четвёрка охраны. Леди Ярон лежала в каюте под присмотром Мэри.
