0
0
Но почему-то поймала себя на мысли, что мне неприятно смотреть, как девица льнёт к шотландцу.
— Это дочь Ламонта, Фрэн, — мне показалось, что Морна произнесла это с осуждением, после снова взглянула на меня и добавила, — не брид*.
(* Bryd - невеста)
Я не стала переспрашивать, что означает это странное слово, и вообще мне всё равно.
«Мне же всё равно?»
Морна насмешливо на меня взглянула:
— Ну что, пойдёшь к лорду Алану?
— Пойду, — сказала я и уже сделала шаг в сторону стоявших возле помоста мужчин, как Морна схватила меня за плечо, останавливая.
— Постой, сейчас церемонию завершат, и тогда пойдёшь, — улыбнулась она, а я подумала, что мы же так и договаривались, а я что-то начала нервничать.
А между тем, представители кланов всё подходили, и мечей напротив герба лорда Стюарта становилось всё больше, но и напротив второго герба с секирой мечи тоже прибавлялись.
Я спросила у Морны:
— А что дальше? Посчитают мечи и у кого больше, тот и победит?
Морна усмехнулась:
— С чего бы это так просто? Нет! Ещё будут игры.
— Да и может ещё не все кланы пришли, — добавила она, бросив взгляд на постамент с мечами.
Я смотрела, как те, кто уже воткнул меч, отходили в сторону, сразу показывая, на чьей они стороне. Мы с Морной тоже стояли на стороне Стюарта, поэтому постепенно нас оттеснили, но мы вместо того, чтобы оказаться на самом краю площади, оказались почти у самого постамента, рядом с Аланом.
Я подумала, как всё-таки интересно происходит в жизни, когда-то Алан пришёл ко мне совершенно растерзанный жизнью в горах, прятавшийся словно дикий зверь, и вот он уже здесь, борется за право стать королём.
Я смотрела на его спину, он теперь совсем не смотрелся дикарём, на нём был килт в цветах клана Стюартов, он периодически поворачивался, и становился виден его профиль. И выглядел он по-другому, ушла напряжённость, или вернее, надломленность, которая чувствовалась в нём, особенно первое время, когда он только пришёл ко мне в замок.
Тогда он казался человеком, несущим гору на плечах, суровое лицо, почти никогда не улыбающееся. А сейчас я видела мужчину, который скинул эту гору, плечи его расправились, а на суровом лице появилась мальчишеская улыбка.
Вдруг раздался мужской крик:
— Фрэн.
Я в недоумении повернулась к Морне.
— Это отец зовёт Фрэн, — сразу поняв мой молчаливый вопрос, сообщила Морна, и с каким-то злорадством добавила, — у кого-то сегодня задница будет гореть от отцовского ремня.
— А почему? — мне и вправду было интересно, насколько здесь есть свобода отношений, потому как, судя по реакции Морны, девушка, стоявшая рядом с Аланом, вела себя вызывающе.
— Ну, клан Ламонт поддерживает лорда Макдугал, не Стюарта, и сейчас дочь Ламонта вредит своему отцу, хотя...
