5
0
– Слушаю, – раздался молодцеватый, явно голос военного.
– Можно попросить Бережковского? – проговорила Катя.
В трубке не удивились, не переспросили: «Кого?!» Нет, что-то буркнули, бросили трубку на стол, а через минуту Екатерина Сергеевна услышала знакомый лихой голос:
– Слушаю, Бережковский!
– Здравствуй, Володя, – сказала Катя, пытаясь придать своему голосу максимально притягательный для мужчин хрипловатый шарм, – это Катя Калашникова.
– Помню, – отрывисто сказал Бережковский. – Спасибо, что позвонила.
Бережковский явно был занят – или куда-то спешил. Катя решила сразу брать быка за рога.
– Как ты понимаешь, Володенька, – проворковала она, – если человек вдруг звонит после восьми лет молчания – значит, ему что-то от тебя надо.
– Буду рад услужить, – быстро (но, впрочем, вполне радушно) проговорил Бережковский."
"– Можно ли узнать, с твоими возможностями, куда конкретно летал один человек?
Бережковский на секунду задумался, и Катя поняла: тому не хотелось бы помогать ей, ежели она отыскивала компромат на мужа или любовника. Проклятая мужская солидарность.
– Это женщина, – поспешно добавила Катя.
Казалось, Володя облегченно вздохнул.
– Если летела через нас, до полугода назад и позже – нет проблем, – деловито проговорил Бережковский.
– А если – раньше?
– Она, твоя женщина, «Аэрофлотом» летела?
– Не знаю. Думаю, да. На девяносто девять процентов – да.
– Тогда надо смотреть на лентах «Аэрофлота». Написать им официальное письмо…
– Ой, а нельзя без письма? За большую коробку конфет?
– За большую коробку конфет – все можно.
– И за бутылку коньяка – тебе, – поспешно добавила Катя.
– Тогда тем более.
– Пожалуйста, Володенька, сделай, а?.. За мной, как говорится, не заржавеет…
– Фамилия?
– Что? – не поняла Катя.
– Ну, как фамилия твоей женщины? И когда она, ориентировочно, летела?
– Фамилия – Маркелова. Инициалы – «Эм – Ю». Летела в девяносто восьмом. Кажется, летом.
– Принято. Маркелова Эм Ю, девяносто восьмой.
– Ты перезвонишь мне, Володенька?
– Да. Пишу номер.
Катя продиктовала свой номер.
– Позвонишь сегодня? – робко спросила.
– Как только – так сразу, – бодро ответил Бережковский. – Извини, я сейчас немного занят – но в двух словах: как ты, где ты?
– Я? Я в Лингвистическом университете. Доцент. Замужем… – в телеграфном стиле выдала информацию Катя.
– О, надо будет к тебе свою дочь определить…
– Сколько ей? – спросила Катя, почувствовав легкий укол грусти, смешанной с ревностью. Впрочем, кто бы сомневался, что бравый капитан-пограничник (или сейчас уже майор?) найдет себе пару.
– Семь годков скоро будет.
– О, время еще есть… – улыбнулась Катя.
– Ну, ладно, – деловито проговорил Бережковский. – Как выясню про твою Маркелову – сразу отзвоню.
Катя положила трубку.
