5
0– Выкладывай!»
И Гоша решился:
– Приезжала тут Машка ко мне… Довольно давно, в общем, это было – еще до кризиса… Значит, в девяносто восьмом, летом… Трезвая была, веселая… Но все равно какую-то пургу несла: мол, скоро я разбогатею, денег у меня, мол, будет немерено… Аэродром тогда свой куплю… Будем, говорит, сами им с тобой заправлять – с американцев бабки драть ломовые… Заняла у меня триста долларов…
– Ого, – усмехнулась Катя, – аэродром собралась покупать, а сама три сотни гринов сшибает…
– Да в том-то и дело!.. – досадливо воскликнул Гоша.
– Ну, и как она – разбогатела?
– Похоже, что нет, – хохотнул Гоша.
– А деньги тебе хоть вернула?
– Да вернула… Через три месяца… В рублях по курсу…
– С чего это она разбогатеть-то вздумала? – спросила Катя. – Банк собиралась грабить?"
"Чайник давно вскипел, и она, зажимая трубку плечом, засыпала в своей персональный маленький заварочный чайничек цветочный чай. Залила горячей водой.
– Уж и не знаю, с чего, – усмехнулся в телефоне Гоша. – Ничего она не сказала. Смеялась только: вы, мол, все ахнете.
– «Вы» – это кто?
– Не знаю. Мы все, наверно.
– Что-то мы ахаем-ахаем – да никак не ахнем… – саркастически проговорила Катя. – А на что она деньги-то у тебя занимала?
– Сказала – на дорогу.
– На дорогу? Куда?
– Уж не знаю.
– На триста долларов можно далеко уехать… – задумчиво проговорила Катя.
– Ага – или улететь… – усмехнулся Гоша, явно подразумевая иное, жаргонное значение слова «летать».
– Думаешь, Машка наркотиками балуется? – уцепилась за последнюю Гошину фразу Катя.
– Не, – засмеялся Гоша. – Она на другом горючем летает. На отечественном. Керосинь называется.
– А как там ее сынок? Бориска, кажется?
– Без понятия. Она ничего о нем тогда не говорила – а я и не спрашивал… Да что мы все о Машке! – досадливо воскликнул Гоша. – Лучше расскажи, ты-то как?
Беседа с Гошей продлилась еще минут тридцать: видно было, что ему тоже в этот рождественский вечер идти было некуда. Кате пришлось рассказать многое о себе (в несколько приукрашенном виде, как это водится между старыми, но не близкими друзьями: к примеру, о новом «Фиате» она поведала, а вот о долге за него – нет). Затем пришлось выслушивать Гошины вариации на извечную мужскую тему: «Все бабы стервы, им одни только деньги нужны». Словом, когда она без четверти восемь положила трубку, к полезной информации, прозвучавшей в начале разговора, ничего не прибавилось.
«Где же мне искать Никитку?.. – подумала Катя. – Где он, как он?.. И куда это, интересно, намыливалась ехать полтора года назад Маша?.. Собиралась, вернувшись, купить аж целый аэродром… Что это было – обычная хвастливая болтовня пьющего человека?.. Или у нее имелись какие-то основания?.. И где ее сынок Бориска? Что там с ним?..
