5
0
– Где красавчик? – поинтересовалась Маша, забежавшая проверить, как идет сервировка.
– Да Катька все к перворазникам клеится, – охотно заложила подругу Валентина. – Очередного красавчика приметила.
– Нужны они тебе, красавчики! – засмеялась Маша. – Вон, в Париж поедем, там Жана-Поля себе найдешь.
Машу больше всех из четверки вдохновил «подарок» Фомича. Она спала и видела, как их команда едет в Париж, и даже принялась штудировать русско-французский разговорник.
– Кстати, завтра прыгать-то будешь? – невинно спросила Настя.
– А то! Почему нет?
– Ну смотри, тогда не напивайся сегодня.
– Ладно тебе, Насть, когда я напивалась?
Катя и Валя переглянулись. На их взгляд, Маша напивалась каждый вечер – просто всегда могла к утру взять себя в руки и вовремя явиться на тренировку или на прыжки. Девушки боялись, что когда-нибудь информация о масштабах Машиного пьянства дойдет до Фомича и тот запретит женской четверке прыгать. Или просто заставит искать Марии замену – а где ее найдешь, если соревнования на носу?
Однако Маша упорно не желала признавать, что в ее жизни идет что-то не так. Она полагала сама – и уверяла всех остальных, – что пьет или мало, или по праздникам. (Однако «малым» считался стакан водки, а праздники шли через день.)
– Эй, плесните мне, упарилась, – Мария протянула Кате стакан.
Та неохотно плеснула на полпальца деревенского самогона. Маша выпила единым глотком, смачно, по-мужицки отерла губы. Прикрикнула на Борьку, который завороженно смотрел на маму:
– Ты чего здесь крутишься? Пойди погуляй.
Мальчик не ответил, только отступил в угол. Маша махнула рукой:
– Чудной он у меня. Как будто говорить не умеет… Кстати, девчонки: вам писем никаких не приходило?
– В смысле? – не поняла Настя.
– Ну в смысле – странных писем. А то мне тут в ящик кинули записку: «Ты подохнешь». Или что-то в этом роде.
– Да ты что? Покажи!
– Ну вот еще. Я ее выкинула сразу.
– Так, может, тебе привиделось? – не без ехидства спросила Настя.
– Что ты меня за дуру держишь? – рассердилась Мария. – На машинке напечатано. «Ты подохнешь». Или «Ты скопытишься». Не помню точно. Восьмого марта пришло. Представь, подарочек, а? Я разозлилась до жути. На зажигалке его спалила, прямо у почтового ящика.
– Ну не знаю… Мне такой ерунды не шлют, – сказала Настя. В ее глазах читалось: чтой-то ты загибаешь, подруга.
– Мне тоже, – поспешно ответила Валя.
«Значит, только мне и Машке прислали», – подумала Катя. Она вздохнула и выговорила:
– Отстаньте вы от нее. Почудилось-почудилось!.. Мне, между прочим, тоже прислали.
Она вытащила из кармана и продемонстрировала девушкам подброшенную под дверь записку.
– Вот это да! – изумилась Валя. – И кто же это, интересно знать?"
"– Кто-кто – Никитка-дебил, кому еще такой фигней страдать.
