Зачет по любви

И вообще моя квартира покупалась не ради дешевых понтов. Я проектировал ее вместе с дизайнером, и мы старались сделать такое место, где нам с сыном будет хорошо и комфортно.

– Ты живешь там с сыном? – переполошилась я. – А он сейчас дома?

– Илья съехал в январе, – с плохо скрываемой гордостью сказал Макс. – У них с его девочкой теперь свой дом.

– Звучит здорово, – радостно откликнулась я.

На самом деле радость в моем голосе была в основном от того, что можно будет не бояться наткнуться в квартире на этого Илью. Потому что я бы чувствовала себя ужасно неловко.

– Мой дом, – продолжал тем временем Макс, – это очень личное пространство, и посторонним туда вход запрещен. И если ты не боишься меня и если со мной тебе хорошо, то и моего дома бояться не надо. Там все довольно просто устроено.

– Ну да, ну да, – недоверчиво пробормотала я, но, честно говоря, его слова и правда меня успокоили. И когда мы въехали в уже знакомый мне двор, я почти не волновалась и с удовольствием рассматривала будочку с охранником, идеально чистые тротуары, сверкающие бока дорогих машин, яркую детскую площадку и точно таких же ярких и хорошеньких малышей, которые увлеченно ели песок, пока их мамы (или няни?) смотрели в свои телефоны.

– Какой красивый лифт! – восторженно выдохнула я, когда мы зашли в дом. – Сфотографируешь меня тут?

– Потом, – хрипло ответил Макс и, прижав меня к стенке, поцеловал. Я мгновенно забыла обо всем, обняла его за шею и послушно приоткрыла рот, делая поцелуй глубже, горячее и превращая его в точку невозврата. В квартиру мы буквально ввалились: Макс, раздраженно пытающийся попасть ключом в замок, и я, висящая на нем и целующая его везде, куда только могла достать.

– В спальню, – приказал он, когда за нами захлопнулась дверь. Ногой отпихнул в сторону мои ботинки, подхватил на руки и понес куда-то вперед по коридору.

– Макс! – хохотала я, извиваясь. – Отпусти, ну! Я же тяжелая!

– В тебе весу, как в цыпленке, – неромантично фыркнул он. Ногой толкнул приоткрытую дверь, шагнул в полумрак спальни и опустил меня на огромную кровать.

– Хочу тебя, – захныкала я, чувствуя, как меня накрывает темным тяжёлым возбуждением, которое невозможно было терпеть.

– Тихо, малыш, тихо, – он перехватил мои руки, которыми я уже торопливо стягивала с себя свитер. – По-твоему было вчера, а сегодня будет по-моему.

– Ты не любишь, когда грубо и быстро?

– Я люблю по-разному, – прошептал Макс, наклонившись к моему уху. – И умею. По-разному.

А потом он скользнул по ушной раковине языком, и меня продрало острым непривычным удовольствием от макушки до пяток.