Зачет по любви

Макс хрипло постанывал, вздрагивал под моим языком и оглаживал ладонями половинки моей задницы.

Мне казалось, Макс сдерживает себя. Чтобы меня не напугать, не сломать и еще миллион всяких «не». Его поцелуи были подчеркнуто осторожными, а касания рук – нежными, почти невесомыми, и это бесило. Я хотела жестче, сильнее, я хотела ощутить его на все сто процентов.

– Кашнов, я так усну, – провокационно прошептала я и задрала голову. В темноте его глаза завораживающе блестели. – Я просила выебать, а не трястись надо мной, словно я девственница, которая мужского хуя в глаза не видела.

Он зло зарычал, взгляд стал хищным и пугающим.

Его ладонь крепко, но небольно ухватила меня за затылок, а пальцы второй руки толкнулись в мой рот, раскрывая губы, проникая внутрь и скользя по языку пошлым однозначным движением.

– Кажется, я нашел способ заткнуть этот красивый говорливый ротик, – хрипло проговорил Макс, и в его голосе отчетливо слышалась ухмылка. Я протестующе замычала, но Макс, продолжая трахать пальцами мой рот, ловко развернул меня к себе спиной и уложил грудью на стол, прямо на какие-то бумаги. А потом больно огрел по заднице так, что я даже вскрикнула.

– Это тебе за выебоны, моя хорошая, – прошептал Макс мне на ухо. – А вот теперь то, о чем ты просила."

"Он вытащил из моего рта влажные от слюны пальцы, сдернул с меня джинсы вместе с бельем, а потом вонзился внутрь сразу двумя – так умело надавив на нужную точку, что меня выгнуло от острого слепящего удовольствия.

– Макс… Макс!

Жесткие жадные губы нашли мой рот и вгрызлись в него грубым голодным поцелуем, а твердые сильные пальцы в это время двигались внутри меня, делая невыносимо хорошо и заставляя позорно скулить на одной ноте.

В это время в коридоре что-то зашумело.

– А Макс где? – спросил кто-то совсем близко, за дверью. – Лис говорил, он сюда пошел.

Ручку дернули.

– Закрыто, – констатировал другой мужской голос. Кажется, это был Слава, режиссер. – И трубку он, скотина, не берет. Но тачка его на стоянке, куда делся-то?

Они не торопились покидать это крыло: ходили по коридору, звонили куда-то, дергали двери, а Макс, вместо того чтобы все прекратить, зажал мне ладонью рот и стал медленно, но неумолимо входить в меня.

– Готова? – шепнул он мне одними губами, но я услышала. Кивнула. И вот тогда меня начали так драть, что едва искры из глаз не посыпались.

Макс трахался как фак-машина. Резко, глубоко, с нужным ритмом и нужной силой.