За тобой

От удивления посмотрел на спящую Анну и вновь на то, что таилось там. Предполагал, что будут записи или же что-то о ней. А здесь рисунки обычным карандашом. Пейзажи и города, которые мы проплывали. От изумления сел на постель, рассматривая рисунки. Невероятно красиво и нежно. Даже графит передавал любовь и нечто даже большее. Она соврала, когда сказала о том, что много читает. Она не читает. Знает. Анна увлечена искусством и умело передаёт его на бумаге. Улыбнулся и перевернул страницу. Брови взлетели вверх, когда узнал себя. Портрет, передающий моё хмурое лицо, и он зачеркнут.

Почему? За что она так со мной? Не мог отвести взгляда от собственного портрета. Меня никто и никогда не рисовал. Не думал, что выгляжу именно так. Со взлохмаченными волосами и даже безумными глазами. Но почему зачеркнула? Не понравился? Я ей настолько противен?

Взглянул на Анну и резко потянул на себя страницу, вырывая рисунок. Быстро положил блокнот на пол и выключил свет. Вышел из спальни, и уже нет желания никуда идти.

Направился к себе, подхватив бутылку виски. Долго рассматривал самого себя и узнал новое. Удивительно, ведь я любил искусство.

Мама часто рисовала меня, неумело, практически каракули. Но взяла с меня обещание, что я научусь. Только вот чертить, а не так изящно передавать окружающий мир. Анна могла. Что ещё таилось в этой девушке? Теперь непременно узнаю.

Глава 20

Анна-Мари

Вновь подошла к двери и прислушалась. Тихо. Может быть, не стоит выходить? Но желание вновь поговорить с Рикардо, да хотя бы сыграть новую партию в нарды или же, ещё что-то, представилось в голове очень соблазнительной идеей.

Ладно. Напоследок сделала глубокий вдох и распахнула дверь.

Как только заметила мужчину, сидевшего на веранде и читающего какой-то журнал, тут же захотелось зайти обратно. Но он, словно ощутив моё присутствие, поднял голову. Его губы тронула улыбка, и я ответила тем же.

– Доброе утро, Анна. Не присоединишься? – Рукой показал на сервированный стол, пока я медленно подходила.

– Доброе утро, Рикардо. Если не помешаю, – замявшись на секунду и прекратив смотреть на него, отмечая, как идёт ему белая рубашка с коротким рукавом, распахнутая на груди, опустилась на стул.

– Чай или кофе? – Спросил он.

– Ничего… чай, пожалуйста, – всё же переборола желание поухаживать за собой и за ним. Очень хотелось показать ему, что умею, и мне это было бы в радость. Но мужчина улыбнулся и наполнил мою кружку ароматным напитком.

– Как спалось? – Поинтересовался он.

– Хорошо. Слишком много сплю, меня укачивает, когда плывём, тут же отключаюсь. Так тихо и спокойно, – тихо ответила ему.

– Чем занималась? – Рикардо отложил журнал и взял стакан с яблочным соком.

– Читала… да ничем особенным.