За тобой

Я богат и знаменит в своих кругах, и не хочу, чтобы мне тыкали тем, что не могу одеть жену подобающе. Ещё необходимо проверить твои манеры. Этим в ближайшее время и займёмся.

– Я могу просто сидеть дома. А ты продолжать свою жизнь, ведь всё фиктивно, – прошептала она.

– Ни черта, моя милая. Пришло время им показать твои таланты. Улыбайся, у тебя была фееричная ночь со мной, и вот тому доказательство, – я приподнял простынь, а её щёки запылали. Преимущество её белоснежной кожи, румянец ей к лицу. Словно и, правда, девственна и непорочна. Ложь, в которой она прогнила, как и всё в этом доме.

Открыв дверь, я пропустил Анну вперёд, а сам даже не обернулся, желая поскорее оказаться за пределами этого места. Обняв её за талию, спокойно повёл на гул, что тут же смолк, как мы оказались наверху лестницы. Цыгане любители пускать пыль в глаза и унижать других. Как же иначе расценить эту демонстрацию? Отвратительно. И дед знал, что мне придётся пройти через это. Что б он перевернулся в гробу. Чёртов ублюдок.

– Рикардо, Анна, мы рады приветствовать вас, – громогласно произнёс тучный и скользкий тип, которого они выбрали главным.

– И мы вас, – вежливо ответил."

"– Но прежде чем мы отпустим вас, должны убедиться, что бракосочетание состоялось. Раньше барон всегда присутствовал в это время, и самолично предоставлял доказательства. Но ввиду того что наш жених американец, мы смягчили условия и просим тебя, Рикардо, позволить нам убедиться в чистоте твоей жены, – от его слов волна отвращения прошлась по телу.

– Прошу, – передал ему простынь, крепче обнимая рукой девушку, которая опустила глаза в пол и уже явственно дрожала. Да ещё немного и рухнет в обморок. Но если бы не знал, что она умеет, то поверил бы. А так наблюдал с усмешкой за тем, как барон встряхнул простынь и поднял над головой. Одобрительный гул и аплодисменты раздались снизу.

– Это свершилось. У нас появился новый брат, которого мы с радостью поздравляем и ждём пополнения. Счастья и благополучия! – Пожелал нам барон, и я кивнул ему в знак благодарности.

– Мы должны ехать, наш самолёт вылетает в Нью-Йорк, – сказал я и потянул за собой Анну, едва ступающую на ноги.

Мы медленно спускались, а с боку лестницы стояли женщины, поздравляя нас и желая разнообразных вершин, которые меня не интересовали. Наконец-то, добравшись до конца лестницы, мы шли мимо живого коридора, пока не остановились перед Баро и его женой. Анна едва заметно вздрогнула, и я заметил боковым зрением, как она что-то прошептала блондинке, стоящей поодаль.