За тобой

Ублюдок я, который должен довольствоваться только падалью.

Но всё же, несправедливость по отношению ко мне за долю секунды взяла вверх над разумом, и я достал из брюк телефон. Нашёл в контактах необходимый номер и нажал на него.

– Рикардо, сынок, как рад тебя слышать. Надо же у меня теперь два сына, – сладко пропел мужчина на том конце провода.

– Почему? – Единственное, что смог спросить, пока внутри всё отторгалось от голоса Баро.

– Не понимаю тебя.

– Зачем нужно было говорить всё это про неё? От чего мне лечить свою жену, если она невинна?

– Оу, ты уже добрался до нашего свадебного подарка.

Да, нам пришлось прибегнуть…

– Ложь. Ты врёшь, Баро. Все мне лгали там, особенно Питер. Для чего? Я не убийца. Ты надеялась на это?

– Боже помилуй, какие глупости, сынок…

– Я не твой сын, Баро. Я для тебя никто. Я купил у тебя дочь, которую ты облил дерьмом, и подговорил всех для этого. Почему? Она много знает о твоих проигрышах? Или всё ещё хуже? Чтобы я не посадил тебя или же не прикрыл весь ваш табор?

– Рикардо, послушай…

– Нет. Теперь ты меня слушай, Баро. Дочери у тебя больше нет. Она моя. Эта девушка сирота и я сделаю всё, чтобы ни ты, ни твой народ никогда больше не приблизились к ней.

Я богат и мои связи намного крепче, чем ваш криминальный мир. Поэтому слушай и запоминай. С этого момента ты забудешь о том, что у тебя была Анна, и я женился на ней. Ни евро больше не получишь, а я узнаю, что скрывает ещё моя жена. И тогда берегись. Если хоть когда-то в прошлом ты тронул её, причинил ей боль или же бил, уничтожу. Раздавлю как мокрицу. И не думай, что тебе кто-то поможет. Никто. Люди обожают деньги.

– Рикардо, я понимаю, что сейчас ты зол.

Но никто не выдумывал…

– Я всё сказал, Баро. Единственный человек, которому предпочту верить, это моя жена. И рискни нарушить мой приказ – не приближаться к ней, не звонить, не писать, забыть – я выполню свою угрозу. Хорошего дня, Баро. Прощай.

Отключив звонок, спрятал телефон в карман брюк и поднял голову, не видя ничего перед собой.

Баро что-то всё же хочет от Анны, просто так он её не отдаст. И хоть теперь и мне запрещено думать об этой девушке, но не позволю причинить боль ей. Любой. Физической или эмоциональной.

Придётся поднять все связи, чтобы сделать её сиротой. Возможно, когда-нибудь я прошу себя за веру в слухи. Возможно, когда-то позволю себе снова помечтать. Возможно, когда-нибудь докажу ей, что могу быть тем, за которым у неё будет возможность не прятаться, а отдыхать. Возможно, когда-нибудь признаюсь себе, что девушка значит для меня нечто большее, чем просто очередная пассия. Возможно, но пока не готов. Устал…

Глава 27

Анна-Мари"

"– Доброе утро, дорогая, – меня за плечи приобняла Мили, а я не шелохнулась.