8
0Ревиаль решил пойти только в компании Джеймса. Не хотелось появляться там вместе с Конардом. Он чувствовал, что история в столовой уже разлетелась по факультету. Если он придет туда, в компании Конарда, все будут считать его новой игрушкой Леграна. Отис не мог поступить так с самим собой. Поэтому Джеймс его последняя надежда.
– Мы же еще увидимся? – промурлыкал Конард.
– Учитывая твое маниакальные преследования и факт учебы в одном месте, конечно! – Отис не мог не съязвить, но его широкая улыбка сдала его с потрохами. Сосед отзеркалил жест и открыл свою дверь, напоследок подмигнув Отису. Ревиаль, чтобы не выдать смущение, закатил глаза и усмехнулся.
Отис зашел в свою комнату и бросил маленький пакет с едой на кровать. Он быстро взглянул на так и не разобранные ванные принадлежности и, отправив сообщение Джемсу, приступил к уборке. Это помогло ему успокоиться. Справившись за пару минут, Отис мысленно похвалил себя за не дюжую работу и сел на кровать. Его лицо засветилось от неожиданной улыбки. Он вчера так и не съел шоколадку от Конарда. Вот это действительно хорошая новость за сегодня. Отис начал рыться в своей сумке, попутно жалуясь на беспорядок. Когда подарок оказался в его руках, он удовлетворенно промычал. Он вернулся на кровать, облокотился о стену и распечатал шоколадку. Отис стоял перед нелегким решением. Съесть шоколад сразу или попытаться растянуть удовольствие.
Конард зашел в комнату, попутно оглядывая её. Все так же аккуратно заправленная кровать, расфасованные книги по специальности, ноутбук, рядом лежит пара важных статей. Но Легран смотрел совсем на другую вещь. Он без конца думал о своем скетчбуке. После первого появления Отиса, руки так и чесались что-то нарисовать. Что-то связанное с Ревиалем. До вечеринки около двух часов, одежда давно подготовлена, поэтому Легран принял решение вместо статьи заняться своим давно забытым хобби. Муза – это дело пьяное и обычно Конард не мог её прогнать.
Когда руки коснулись заветной книжки, в груди что-то затрепыхалось. Он даже не стал просматривать старые работы, сразу принялся изображать все, что приходит в голову. Приходилось концентрироваться, чтобы руки перестали трястись. В его основном скетчбуке Конард изображал людей через аватары греческим мифов. Ушло много времени, чтобы он смог визуализировать Отиса. Он был чем-то невероятным, непохожим на других. Единственное, что пришло к нему в голову – это цербер. Но не та адская собака. Он, словно наяву видел, как одна из голов цербера плачет, другая злиться, еще одна улыбается. Точно также, как и Отис, который порой сочетает эти три состояния одновременно. Да. За милым маленьким щеночком скрывается нечто подобное. Чего стоит бояться, кого стоит оберегать.
