5
0Мальчишки постарше позаботились о лошадях, ведя в поводу следом за ними и угощая на ходу яблоками.
Ковианну окружали знакомые виды, звуки и ароматы: запах раскаленного докрасна металла из кузен, звон молотов по наковальням, тяжелое дыхание стеклодувов, превращающих стеклянный расплав в изящные бутыли, и кубки, и вазы, которыми торгуют по всей Британии и за ее пределами, а также обычные, домашние запахи готовящейся еды и свежевыстиранного белья. Все это доносилось до нее из кузниц, и из невысоких каменных домишек, и из стеклодувных мастерских, и из деревянных избушек, в которых жили прачки, и каждый знакомый запах, и вид, и звук словно поздравляли ее с возвращением.
Она пообещала себе, что никогда больше не покинет Тор надолго — теперь, когда она получила от последнего своего наставника все, что хотела. Мать будет до невозможности горда теми секретами, что привезла Ковианна на этот раз, — горда и счастлива оттого, что дни странствий ее дочери наконец-то миновали. Самое время ей остепениться, завести супруга и родить детей, чтобы те шли по следам ее успеха. Она рассмеялась про себя, решив не пить сегодня отвара, который принимала уже много лет, дабы не родить ублюдка от своих ухажеров.
Эмрис Мёрддин тем временем разговаривал с ее матерью:
— Как мне ни больно признавать это, леди Вивьена, боюсь, что я обязан самым серьезным образом предупредить обитателей Тора. Своим приездом сюда я обязан не просто праздному любопытству.
На лице Вивьены появилось выражение тревоги, которую обычно ей удавалось скрывать.
— Что, саксы?
— Они самые. Как вы уже, наверное, знаете, они выступили в поход.
Она кивнула.
— Ну да, мы слышали. Армии срединных королевств уже прошли на юг, а люди, что живут за болотами, — она сделала рукой широкий жест, — бежали в пещеры, забрав с собой весь урожай и скот, дожидаться конца войны, чем бы она ни кончилась.
— У Кэр-Бадоникуса мы их остановим, леди Вивьена, это я точно говорю. Они не скоро еще забудут взбучку, которую мы им там зададим. Но тревожиться все же стоит, ибо Тор с его кузницами для них лакомый кусочек, в этом нет сомнения.
Она кивнула и благодарно сжала его руку.
— Тогда я вдвойне рада приезду столь мудрого советчика, ибо до нас дошли и рассказы о том, что сделано на Кэр-Бадоникусе. Весь Глестеннинг затаил дыхание — и есть отчего. У многих из нас родня в Кэр-Дарнаке, бежавшая от саксов, и их рассказы о жестокости и убийствах леденят кровь.
Лицо Мёрддина посуровело, рот сжался в тонкую линию.
— Похоже, таков у них, саксов, обычай. Кута вырезал всех до одного крестьян на расстоянии пяти миль от Пенрита.
