Они падали вниз, на людей, выставив вперед острые когти.
– Ложитесь! – крикнула я. – Они не должны вас коснуться!
К счастью, уговаривать никого не пришлось. Все рухнули на землю как подкошенные и прикрылись магическими щитами. Шон порывался защитить меня, но Винсент опередил его. Оказался рядом, и первую птицу отправили обратно белые ленты. По вискам юноши катился пот.
– Как нам выбраться отсюда? – спросил он. – Надо вытаскивать Ли-Ин.
Я покосилась в сторону эльфийки, рядом с которой торчала катана духа, и процедила сквозь разгорающуюся в легких боль:
– Она просила спасти Бейтана.
И снова начала играть, превозмогая боль. Оставшиеся мертвецы, окружив моих товарищей, стали отбиваться от безглазых птиц. Меня защищал Винсент и его ленты. Тьен занял позицию перед Ильремом, который уже потерял сознание. Мне это было на руку: показывать юному герцогу свои способности не стоило. Я и так не совсем понимала, чем это кончится. Но сначала нужно было выжить.
Мелодия длилась, стая птиц редела медленнее, чем утекала моя сила.
Пока мое стремительно редеющее воинство сражалось с оставшимися птицами, я ощутила, как натягиваются и уплотняются нити, тянущиеся к Ли-Ин. Этого в моих планах не было. Я отбросила в сторону окарину, и мертвые тела, лишенные контроля духов, упали на землю.
– Я постараюсь помочь."
"Как только я выдернула катану из темного облака, оно сжалось сильнее вокруг тела эльфийки. Я бросилась к Тайджу, на ходу занося катану духа. Разумеется, у него она тоже была. Качеством похуже, не универсальная, а созданная под светлую магию. Белый клинок скрестился с зеленым, и я увидела на лице своего врага изумление. Узнал катану Соджи Мисуто?
Ярость захлестнула меня с новой силой.
Тайджу начал понимать, что проигрывает.









