Вызов

"

"Я все пытаюсь убедить Тейлор быть с собой помягче, ценить свое тело и то, кем она является, но я не способен убедить в этом даже самого себя. Так какого черта я прицепился к такой девушке, как она, – хорошему человеку, которому не нужны мои загоны, – если я даже сам в себе не разобрался?

Вздыхая, я тянусь к коробке передач. Вместо того чтобы побежать за Тейлор, я еду домой. И говорю себе, что это к лучшему.

13. Тейлор

Я чувствую облегчение, когда в четверг ко мне на обед приезжает из Кембриджа мама. После двух дней игнорирования звонков от Конора и вопросов от Саши по поводу случившегося, мне нужно на что-то отвлечься.

Мы заскакиваем в новое веганское кафе в Гастингсе. Отчасти из-за того, что мать ворчит даже при мысли о том, чтобы слопать очередное жирное блюдо, но больше из-за того, что я не могу спокойно есть при ней углеводы. Я выгляжу как мамина фотография «до» в коллаже «до и после» в какой-нибудь рекламе европейского медицинского спа. Айрис Марш высокая, стройная и идеальная. Во время моего полового созревания она давала мне надежду, что однажды я проснусь и буду выглядеть, как ее юный клон. Но в шестнадцать до меня дошло, что этого не произойдет. Видимо, я пошла в отца.

– Как проходят занятия? – спрашивает она, вешая пальто на спинку стула, когда мы приступаем к еде. – Нравится на работе?

– Да, все прекрасно. Я твердо поняла, что начальное образование – это мое. Детишки просто потрясающие. – Я в шоке качаю головой. – И они так быстро учатся. Видеть, как они развиваются за такой короткий период времени, – это невероятно.

Я всегда знала, что хочу быть учителем. Мама некоторое время пыталась убедить меня последовать ее примеру и заняться профессорской работой, но эта затея была обречена на провал. Меня приводит в ужас одна мысль о том, чтобы стоять каждый день перед залом, полным студентов, в беспощадном фокусе их внимания. А вот маленькие дети устроены так, что видят в учителях прежде всего авторитетных взрослых. Если относишься к ним справедливо, с добротой и состраданием, то они тебя любят. Конечно, всегда есть сорванцы и хулиганы, но в этом возрасте дети и близко не такие придирчивые.

– А ты как? – спрашиваю я. – Как работа?

Мама невесело усмехается.

– Мы почти пережили худшее из последствий Чернобыля. К сожалению, это означает, что денежные отчисления на исследования почти иссякли. Но было здорово, пока они у нас имелись.

Я смеюсь в ответ. Сериал канала HBO был лучшим и одновременно худшим, что случилось с департаментом ядерной физики и инженерии в Массачусетском технологическом институте со времен Фукусимы. Внезапная популярность даровала новый стимул антиядерным демонстрантам, которые начали собираться рядом с кампусом или на конференциях за его пределами.