Вызов

Сверху пришло указание, что нам надо поприсутствовать на какой-то встрече выпускников в субботу. Задача проста: улыбаемся и машем. Звучат недовольные стоны.

– Что, зачем? – слышится голос Мэтта Андерсона с задних рядов.

– Ох, ну, тренер, – ноет Фостер.

Гэвин рядом со мной взбешен.

– Вот хренотень.

– Что значит «улыбаемся и машем»? – спрашивает Баки. – Звучит так, будто мы должны им подрочить или типа того.

– По сути да, – отвечает тренер. – Слушайте, я тоже это терпеть не могу. Но когда проректор говорит прыгать, спортивный директор уточняет, насколько высоко.

– Но прыгаем-то мы, – протестует Алек.

– Вот именно. На таких мероприятиях лижут задницы за деньги. Университет рассчитывает, что эти маленькие цирковые представления помогут поддерживать развитие спорта и строительство крутых спортивных комплексов для вас же, принцессы. Поэтому отгладьте костюмчики, причешите волосы, бога ради, и ведите себя прилично.

– То есть мою задницу будут лапать богатые престарелые хищницы? – Весь зал смеется, когда Джесс вскидывает руку и задает свой вопрос. – Ради команды я и не на такое готов, но у меня ревнивая девушка, и мне нужна официальная справка с печатью на случай, если она меня об этом спросит.

– Попрошу внести в протокол: это сексизм и эксплуатация! – встревает Баки.

Невозмутимым тоном человека, которого уже порядком достала вся эта хрень, тренер, закрыв глаза ладонями, цитирует, – насколько я понимаю, – кодекс поведения в Брайаре:

– Политика университета заключается в том, что ни одного студента нельзя обязать вести себя неэтично, или аморально, или так, чтобы его поведение противоречило его искренним религиозным или духовным убеждениям. Университет – это институт равных возможностей, основанный на высоких академических достижениях без дискриминации по полу, сексуальной ориентации, финансовому положению, религии или ее отсутствию или темпераменту твоей девушки. Все довольны?

– Спасибо, тренер! – говорит Баки, с преувеличенным восторгом. От этого чувака он в один прекрасный день заработает аневризму.

Но Джесс и Баки в чем-то правы. С системой, которая заставляет нас платить пятьдесят тысяч в год и при этом быть практически проститутками, что-то явно не так. Во всяком случае, это касается тех, кто учится платно, как я. Но если я в чем-то и хорош, так это в том, чтобы быть мальчиком-игрушкой.

* * *"

"Надо отдать должное этой кучке болванов: мы умеем приводить себя в порядок. Команда пришла в субботу, одетая с иголочки в свои лучшие костюмы. Щетина сбрита. На волосах гель. Баки даже выщипал волоски в ноздрях, о чем он не преминул нам сообщить.

Обед для выпускников проходит в Вулси-Холле в кампусе.