Вызов

Я чувствую, как закрываюсь, хоть и стою под освещением дома. Мой разум отделяется от тела, отстраняется от всего.

– Почему? Что случилось?

Он кладет огромный букет на землю и пытается коснуться меня, но я отшатываюсь. Если я позволю ему это сделать, моя решимость исчезнет. Я не настолько сильна, чтобы сопротивляться прикосновению Конора Эдвардса.

– Тейлор, что не так? – Тут же появившаяся боль в его глазах выворачивает меня насквозь.

Я не могу сформулировать слова. Я помню, какой расстроенной была в прошлом месяце, когда он со мной не общался, а теперь я делаю то же самое. Но его промах исправило простое действие – признание семье, – и это вывело его из-под влияния Кая.

А мое дерьмо никуда не уйдет. Правда не поможет ни на йоту, потому что интернет – это, черт возьми, навсегда."

"Как я могу просить его связать свою жизнь с этой хренью? Он и без этого был очень терпеливым и ободряющим, но справляться с таким – это слишком для любого. Это слишком для меня.

Я вижу тревогу на его лице и знаю, что будет дальше. Боль, предательство. Я не хочу так с ним поступать. Он заслуживает лучшего и, наверное, всегда заслуживал. У нас с самого начала все было наперекосяк, и, может быть, в конце все тоже должно быть так же. Он не поймет, но переживет. Так ведь всегда и бывает.

– Прости, Конор. Все кончено.

39. Конор

Это не смешно. Ведь она наверняка надо мной прикалывается, да? Это какая-то дурацкая шутка. Вместо подарков я буду до усрачки тебя пугать.

– Тейлор, хватит.

– Я серьезно, – говорит она, глядя себе на ноги.

Я приехал к особняку Каппы и увидел, что она подозрительно себя ведет, как будто хочет сбежать. Через плечо перекинута сумка. Она выглядит измученной, измотанной, и, если бы я ее не знал, я бы подумал, что у нее похмелье. Но в ней есть какая-то холодность. Выражение ее лица жесткое и бесстрастное, как будто моей Тейлор здесь больше нет.

– Слушай, прости, но тебе придется это принять. Все кончено. – Она пожимает плечами. – Мне надо идти.

Черта с два все кончено.

– Поговори со мной, – требую я.

Они вместе с Сашей устремляются к красной машине, припаркованной сбоку от дома. Я оставляю цветы и следую за ними. Я ей не позволю совершить сегодня такую глупость.

– Ты серьезно меня бросаешь? В свой день рождения? Какого хрена, Тейлор?

– Я знаю, что это дерьмово, – говорит она, быстро шагая и отказываясь на меня смотреть, – но так будет лучше. Просто… прости.

– Я тебе не верю. – Я встаю перед ней, нуждаясь в том, чтобы она посмотрела мне в глаза и сказала правду. Я замечаю, что Саша пытается отойти от нас в сторону, но Тейлор с паникой на нее смотрит, и Саша останавливается. Она замирает в паре метров от нас, но не уходит.

– Не важно, чему ты веришь, – бормочет Тейлор.

– Я люблю тебя. – И вчера я бы сказал, что она тоже меня любит.