9
0
В Ираке убийца даже попытался выстрелить в него, но оказавшийся рядом агент ГРУ сумел сделать это на мгновение раньше. Такой была его сложная судьба, и в этот трудный момент он не собирался сдаваться.
На все просьбы Дронго и Манучара вывести их в туалет охрана не отвечала, строго предупрежденная о хорошей физической подготовке обоих заключенных. Следовало придумать нечто более целесообразное. Дронго наклонился к Манучару.
— Ты сумеешь идти?
— Вах, если надо отсюда бежать, я полечу, — убежденно сказал Манучар. — Только как отсюда улететь?
— Если бы мы могли поймать крысу, — задумался Дронго.
— С ума сошел, — дернулся Манучар, — только не эту проклятую Богом тварь.
— Мне нужна кровь. — Он подумал немного и встал. — Можешь сильно ударить меня в нос?
— Слушай, если тебе нужен инвалид, здесь уже есть один, — взмолился Манучар, — зачем тебе второй? Видишь, я весь в крови.
— Мне нужна свежая кровь. У меня сломан нос — если сильно ударить, пойдет кровь.
— Зачем тебе нужна эта кровь?
— Делай, как тебе говорят.
— Давай руку порежу, дам тебе кровь, дорогой, только не надо экспериментов.
— Это не эксперимент, Манучар. Там, наверху, решается наша судьба. Очень скоро они могут получить новые известия, и тогда нас пристрелят прямо в этой камере. Бей сильнее."
"Манучар, застонав, попытался приподняться. Дронго поддержал его, поставив товарища на ноги. Размахнувшись, Манучар сильно ударил по лицу Дронго. Боксерский удар профессионала сразу сказался. Кровь потекла тоненьким ручейком. Стараясь не испачкать рубашку, Дронго подставил ладонь, подождал, пока она наполнится, и, подойдя к дверям, просунул руку в небольшое отверстие. Кровь начала капать прямо на ручку двери.
— Здесь раньше была тюрьма? — спросил Манучар.
— Почему ты так решил? — Дронго уже вернулся на место, пытаясь остановить кровь, закинул назад голову.
— А почему в дверях такое отверстие в несколько ладоней шириной? Для передачи еды, что ли?
— Они сами сделали такой «глазок». Края неровно обрезаны. Чтобы следить за нами, — пояснил Дронго. — В общем, приспособили комнату в качестве камеры.
Он подошел к лампочке и после третьего удара пиджаком разбил ее. В темноте вернулся к Манучару.
— Я встану у дверей, а ты кричи, — пояснил он.
Манучара не нужно было долго убеждать. Он начал орать так, что крысы, потревоженные его криками, попрятались по углам.
Почти сразу оба сторожа оказались у дверей. Один посмотрел в своеобразный «глазок».
— Там темно, ничего не видно, — виновато сказал он.
— Пусть орет, — ответил другой. — А это что?
— Черт его знает, я схватился за ручку. Здесь что-то липкое. Давай зажигалку. Я так и думал. Это кровь.
— Там что-то серьезное, открывай дверь, — предложил второй.
