18
0Возможно, не очень вежливо, но больше говорить нам было не о чем, а дел у меня теперь… Очень много!"
"Меня никто не стал задерживать. Вышел, крикнул извозчика до вокзала и уже через пару минут катил по улицам среди резко увеличившегося количества патрулей. Все-таки Плеве сумел достучаться до жандармов, ну или взял их за нежные места и заставил работать. Не знаю, каковы будут их успехи в разведке, но порядок в Ляояне они навели. Где-то по наводке Казуэ, где-то сами.
Деятельность и активность министра внутренних дел мне, если честно, импонировали. А еще после рассказа великого князя я осознал, что тот на самом деле заинтересован в моих успехах. Не настолько, чтобы ради этого костьми лечь, но на дополнительные радиопередатчики, думаю, можно рассчитывать.
С этими мыслями первым делом после возвращения в Лилиенгоу я заглянул к нашим связистам. Городов, как и все последние дни, сидел, закопавшись в провода и медные катушки, все еще надеясь доработать радио для передачи голоса. Чернов дежурил у приемника. Я едва успел поздороваться, когда прозвенел сигнальный звонок, а следом потянулась лента, фиксируя чье-то сообщение.
Скорее всего, мы случайно поймали сигнал, нацеленный на штаб Куропаткина, но я все равно решил не мешать. И не зря.
— Наши! — дернулся Чернов и снова погрузился в расшифровку с удвоенным энтузиазмом.
Первая часть сообщения прошла быстро — хватило наших условных сокращений. Был бой, не меньше полка японцев, выстояли, отступили в ночи. Потери: треть личного состава, половина пушек, все снаряды… С каждым новым кодовым словом ситуация казалась все хуже, теперь о набеге на Инкоу не могло быть и речи. Вот только связист Хорунженкова, где-то раздобывшего радиопередатчик, все продолжал стучать ключом.
Как оказалось, капитан, чтобы запутать японцев, отошел не в сторону Ляояна, а дальше на юг — к впадению Хуан-Хэ в Ляохэ. И здесь неожиданно встретил нашу канонерку «Сивуч», как раз когда ее капитан остановился перед очередным перекатом, смирившись, что дальше им не пройти… Чернов еще принимал сообщение, но детали этой необычной истории я уже вспомнил и сам. Из будущего…
В Инкоу ведь еще этой зимой стояли три канонерки: наша, американская и английская. Как сошел лед, иностранцы отошли, а капитан «Сивуча» заметался в поисках решения. После поражения нашего флота шансов прорваться в свой порт и тем более дать бой японцам, которые точно не придут без численного преимущества, у него не было. Сначала он согласовал интернирование, сняв оружие и условно сдав корабль китайской стороне. Вот только очень скоро стало понятно, что Пекин не захочет, да и не сможет защитить сдавшийся корабль, если японцы им заинтересуются.
