11
0
— Икар Артурович, ну, ёлки-палки, я не понимаю что ли? Вы же человек-легенда. Вон сколько отработали. Бескорыстно людям помогали. Да у вас там миллион друзей и тех, кто обязан.
— Но я-то тебе ничем не обязан.
— Так мы друг другу помогаем не корысти ради. Сегодня вы мне, а завтра я вам.
Я улыбнулся открыто и обезоруживающе.
— Зачем тебе?
Я в общих чертах обрисовал.
— Ты не прикалываешься? — спросил он.
— Нет, но там явно хрень какая-то, понимаете? Это вероятно сын Никитоса, мне кажется, я его видел через мешок на глове.
Пришлось объяснить, что у нас с ним имелось некоторое недопонимание.
— Слушай, но раскручивать напрямую я не советую
— Ну, а я почему к вам обратился-то? — развёл я руками. — Потому что где ещё можно понимание найти? И Петя мне здесь не помощник.
— А ты не дурак, я вижу, — прищурился он. — Армян родственников нет?
Я заржал. Он тоже.
— Шучу. Ладно. Посмотрю, что можно сделать. Но если тачка ментовская или фээсбэшная…
Он поморщился.
— Понимаешь?
— Понимаю, но думаю, не из органов они. Не похожи они ни на тех, ни на других.
— Ладно…
* * *Закончив с Крабом, я наконец, пошёл к Кукуше.
— Я уж думал ты не придёшь сегодня, — покачал он головой. — Садись вон за столик. Я сейчас. Пиво будешь?
— Не, мне по возрасту не положено. Только какао.
Он засмеялся.
— Какао не держим.
Я уселся за стол и начал проверять друзей Мэта в контакте. Этого сегодняшнего чувака там не было. И Никитоса не было. Проверил друзей Катюхи… Тоже нет.
— Короче, — подсел ко мне Кукуша, наклонился ближе и прикрыл рот рукой, чтобы никто не мог прочитать по губам, что именно он говорит. — Соломка. Да, был такой кент. Там казус случился. Он стучал ментам, работал тесно с одним. А Никитос его закрыть велел. И как-то там всплыло, что Соломка этот шерстяной весь, и его на перо поставили, но он выжил, чисто как в сказке. По щучьему веленью, короче. По итогу он отмазался, но осадок остался. Пашка Москва за него вписался, он тогда в авторитете был. Официально подтвердили, что Соломка честный вор. Но потом и Пашка Москва оказался ссученным наглухо.
— А на чём он специализировался? — спросил я. — Соломка то есть?
— По молодости ширевом барыжил. Хаты вроде тоже бомбил. Но его никто особо не помнит. Он вообще неприметный был. С людьми не пересекался.
— Думаю, если снова на зоне окажется, там сразу вспомнят, кто он и что он.
— Ну, это по-любому…
— Ладно, Кукуша, благодарю.
Я рассказал ему о сегодняшнем казусе, и он заволновался. Определить по описанию что это за кент с усами он не смог, но обещал поспрашивать.
— Только так, чтоб волну не поднимать, лады?
— Ну, ясно дело, — развёл он руками. — Какой базар! Бабка не звонила тебе?
— Роза что ли?
— Роза, да.
— Нет, — помотал я головой. — Не звонила. Слушай, дядя Слава, поехали съездим в Зелёную поляну.
