8
0
Тарн неуклюже уселся на свой стул. Пригладил волосы и достал лист бумаги. Его руки дрожали, когда он заправлял его в машинку. Напечатал что-то и посмотрел на меня.
— Я знаю довольно много хороших ребят в полиции, могу помочь тебе встретиться с кем-нибудь из них. Очень советую это сделать. Потому что тебе надо знать одну вещь...
Сигарета лопнула. Он сосал и сосал ее, потом яростно погасил. Но голос звучал ровно, когда он сказал:
— Скоро полиция выйдет на тебя.
Я скривился и встал.
Тарн раздраженно спросил:
— Ты разговаривал еще с этой, в каталке? Ты у Бертцера был?
Тарну я врать не хотел. Так что просто беспомощно поднял руки.
— Послушай, — голос его зазвучал резко, — ты знаешь, почему Юлле умер?
Тарну я врать не хотел.
— Нет, — сказал я. — Но скоро смогу догадаться.
В моей ячейке лежала записка:
«Моему голубку.
Кармен хочет, чтобы с тобой можно
было связаться в 23.00.
Целует и обнимает через Вилле».
Я сунул листочек в карман и засел у телефона. Домашний номер Зверя не отвечал. Наконец удалось дозвониться к нему на работу.
— Ты можешь устроить меня на ночь? — спросил я по-испански.
— Разумеется.
— Где встретимся?
— Как обычно.
Значит, в парке через час. Я посмотрел на часы и положил трубку. Потом долго сидел и думал обо всех важных делах, которые надо бы сделать в своей жизни. И пришел к выводу, что среди них нет ничего такого важного, что нужно сделать в течение ближайшего получаса.
Так что я сунул записку от Кармен в задний карман, где у меня хранятся все важные сообщения. В кармане я нащупал другую бумагу и вытащил ее.
Кристина Боммер — вот что было написано на листке, аккуратным школьным почерком, и три номера телефона: домашний, в Тронгсунде и в Хюддинге. Я набрал номер в Тронгсунде, где жила ее мать.
Трубку взяла солидная женщина. Голос человека с образованием, но слышался небольшой акцент. Ну да, Тарн же говорил, что первую жену Юлле, мать Кристины, зовут Джоан. Английское имя. Она ответила вежливо:
— Кристина вернется поздно. У нее много дел в городе.
Я сидел с листочком в руке и злился на Кристину Боммер. Да еще эти двадцать пять минут ожидания встречи со Зверем. Под конец я набрал ее домашний номер, на Уппландсгатан.
Занято.
Я весь напрягся. Да нельзя это, чтобы было занято. Нельзя ей было приходить домой. Я попробовал еще раз. Ну да, занято.
Передо мной на столе кучами лежали вечерние газеты. Везде ограбление броневика. На первых страницах. Но ни один фотограф не успел сделать снимок до установки ограждения. Ни один не снял пустой броневик, ни один не снял Тотте, который стоил восемнадцать миллионов и стоял, весь в крови, рядом со своим товарищем.
Но все эти фотографы были штатными работниками. Я нетерпеливо листал очередную газету, но потом не выдержал и снова набрал номер на Уппландсгатан.
