Время действовать

Зверь сидел, полуоткрыв рот от напряжения — было трудно увидеть что-либо сквозь черные очки — и почти вслепую чиркал по бумаге карандашом. Туристы, сгрудившиеся вокруг него, тыкали в рисунок пальцами и переговаривались. Некоторые смеялись.

В области изобразительного искусства у Зверя явно не было будущего.

Как раз за ним стоял мужчина и сверлил меня взглядом. Я повернул голову, поглядел на какой-то проходивший мимо катер, осмотрел скамейки вокруг меня. Потом снова взглянул на Зверя.

Мужчина позади него по-прежнему не сводил с меня глаз. Он не был похож на шведа. Рыжеватый и бледный, ростом ниже большинства окружающих, но широкоплечий и плотный. Одет он был во что-то дешевое и не шведское: поблескивающие штаны из дралона и плохо сидевшая на нем фуфайка, которую он, может быть, приобрел в магазине «Вулворт», в Белфасте.

— Хэлло, Мик, — сказал я вполголоса.

Его густые рыжеватые волосы спускались локонами по щекам широкого лица. Маленькие уши, маленький плоский нос, тонкие бесцветные губы. Он бы выглядел заурядно, если бы не его глаза — светлые, бледно-голубые, как у алкоголика, и отсвечивающие розовым, как у альбиноса, большие и обрамленные длинными, мягкими и рыжими девичьими ресницами. Они уставились на меня, не мигая. Кто-то сел рядом со мной на скамью.

— Это, никак, с тобой мы тут должны встретиться?

Здоровенный, хорошо одетый сорокалетний мужик, заботливо украшенный загаром.

— Здорово, Ролле, — сказал я.

— Что у тебя за крючок, на котором ты ее держишь?

Баритон у него был глубокий и сочный. Такой вырабатывается уроками правильной речи, курсами офицеров запаса и распеванием дуэтов под утро после пирушки. Обычно у его обладателя еще и звучный смех, и крепкое рукопожатие, но этого мне узнать не довелось.

— А у тебя? — спросил я."

"Мы немного посидели молча. Я чуть повернул голову, чтобы проверить, на месте ли Мик. Конечно, там. Не хватало только Гугге.

— Чего ты хочешь?

Он старался, чтобы голос звучал вежливо-утомленно.

— Когда и где будет следующее ограбление броневика? — спросил я.

Это его позабавило:

— Если б я это знал, так поехал бы туда с копилкой для пожертвований.

— Ну, тебе-то это узнать пара пустяков.

Тут уж ему веселиться расхотелось. Он аккуратно положил ногу на ногу.

— Удивляюсь, почему я согласился с тобой встретиться.

Я радостно улыбнулся ему:

— Могу сказать. Во-первых, тебе хорошо платят. Во-вторых, ты хочешь узнать, где дискета.

Он молча посмотрел на меня непроницаемым взглядом.

— А она у меня, — сообщил я. — Она и была-то в компьютере. Удивляюсь, как вы могли ее не обнаружить.

Либо он ничего не понимал. Либо хорошо держался. Ни один мускул на лице не дрогнул.

Я взглянул на Зверя. Рыжий еще стоял у него за спиной. О чем мы говорили, им не было слышно.