Врата Войны

Закончив интервью, я попрощалась с герром Шульцем (кстати, не стоит терять его из вида, вполне симпатичный и неглупый парень) и вышла вон, оставив моего бывшего собеседника на попечении конвоира. Мне требовалось как можно скорее остаться наедине с собой, чтобы как следует покопаться в своих комплексах, всласть порефлексировать и сделать для себя надлежащие выводы. Одно ясно без всяких колебаний — с Максиком покончено раз и навсегда. Дочь генерала Максимова никогда не будет иметь дело с изменником Родины и врагом народа.

20 августа 1941 года.

20:35. Окрестности Могилева. Штаб группы армий «Центр».

Генерал-фельдмаршал Федор фон Бок.

Командующий группой армий «Центр» в глубокомысленной задумчивости застыл над картой центрального участка советско-германского фронта. Собственно, в центре обстановка была вполне приемлемой и предсказуемой. На Смоленском направлении его оппонент с противоположной стороны фронта, маршал Тимошенко, продолжал лупить растопыренными пальцами по перешедшим к обороне пехотным дивизиям, и эти потуги большевистского выскочки не вызывали у фон Бока ничего, кроме презрительной усмешки.

Как в таких случаях говорил его двоюродный брат Борис фон Бок в те годы, когда он еще был русским морским офицером и служил военно-морским атташе в Берлине: «Что же вы так бьетесь, вы же так никогда не убьетесь».

Хотя из Ельнинского выступа войска выводить в любом случае надо. Никаких особых стратегических перспектив эта позиция не имеет, но для большевиков она превратилась в своего рода идефикс, иначе отчего они с таким упорством они сжигают свою пехоту в бесплодных атаках на немецкие позиции.

Ничего особо опасного в этом нет, но даже капля, которая бьет в одно место, точит камень, поэтому спрямление линии фронта в данном случае выглядело бы вполне оправданным. Все равно выполнить в срок план «Барбаросса» уже не получится, шесть недель с начала войны истекли еще третьего августа, но большевики оказывают такое ожесточенное, хотя и бестолковое, сопротивление, что в нем, как в болоте, безнадежно увязла лучшая в мире военная машина Третьего Рейха.

Ничего особенно страшного в этом не было.

Так как на центральном направлении у немецких войск не получалось продвинуться ни на шаг, то две недели назад было принято решение повернуть танковые группы, подчиненные группе армий «Центр» на север и на юг, ударив туда, где большевики не ждали немецкого наступления. На северном направлении третья танковая группа генерала Гота оказывала помощь войскам группы армий «Север» в их попытках наконец-то взять Петербург и сокрушить колыбель русской революции.