\

— А как же приданое и межгосударственные дела? — пытала его, все еще не веря в свое счастье, выискивая причины для сомнений.

Но их уже не было, а передо мной стоял спокойный жесткий правитель с вертикальными зрачками глаз. Он был уверен во всех своих действиях.

— Галина, а вот это уже тебя не касается, — тихо, но твердо произнес он, глядя на меня, — Я сам решаю свои дела, и редко мне могут помешать даже мои советчики. Мое княжество и я там главный. Мое слово закон.

— А как же я? — вопросительно посмотрела на него, — Я тоже не имею слово? А вдруг кольцо не примет и меня? А ты все уже сам решил?

— О, нет, — будто опомнившись, схватил за талию и притянув к себе, поцеловал в висок, — Конечно нет, ты для меня всё, ты можешь делать, что твоей душе угодно, ты выше меня и я весь в твоей власти. К тому же уверен, что кольцо тебя примет.

— Мне бы твою уверенность, — с тоской думала я, но мы уже целовались.

— И все же, ты мне не ответила, — спросил он между поцелуями.

— Да, — сказала я ему в губы, — Да, я согласна.

Он как-то глубоко вздохнул и припал к моим губам.

Мы отсутствовали три часа. Алекс вернулся на поляну к охотникам, а я повернула лошадь и поехала во дворец. Там переоделась и спустилась обедать в столовую к оставшимся гостям и хозяевам. За столом князь поинтересовался, почему рано так вернулась, и я рассказала историю моей забывчивости и желанию покататься на лошади в такую прекрасную погоду. Хвалила красоту их угодий, их размах, сетовала, что оставила оружие и в то же время была удовлетворена своей поездкой. Пока поглощала пищу, слушала разговоры соседей по столу и наблюдала за Сюзан со следами от слез и нахмуренным лицом градоначальника.

— То ли еще будет? — качала мысленно головой.

Как он и говорил, сегодня на балу он объявит свое решение. Вот почему он приехал сюда, в узкий круг высшей знати на утиную охоту. Сделать это хотел тихо, по-семейному, дабы не дать разгореться большому скандалу. Все, конечно, итак выйдет наружу, но здесь и сейчас нет репортеров и фото кристаллов. Обойдется без снимков. Так всем будет спокойнее. И он это сделать вправе. Тут его никто не сможет упрекнуть. Продолжение рода — главное в каждой семье, тем более владетельных князей драконов.

После обеда спустилась в парк. Еще раз захотелось посмотреть на его скульптуры и особенно на ту, что назвала по своему «молочница». Долго стояла, любуясь. И даже задумалась.

— Госпожа Галина, — услышала женский голос сзади.

Я обернулась. Меня позвала княгиня Прасковия. Она была одна и на лице ее читалась решимость. Мне это не понравилось. Она подошла ближе.

— Как вам наш сад? — спросила, показывая рукой вперед пройтись.

Я пошла рядом.

— Он прекрасен, ваша светлость. Особенно та скульптура, около которой вы меня встретили.