\

Тот кивнул головой и откинул капюшон, что скрывал его лицо.

Я опешила. Перед нами стоял …Алекс!

— Свадьбы не будет, — ухмыльнулся он, глядя на Петера, — Так как эта женщина уже замужем. За мной.

И кивнул кому-то головой. Тут же из-за боковых занавесей выбежали мужчины в костюмах, похожих на стражей, и начали вязать всех слуг княжонка, кроме местной пары.

Петер опомнился и, схватив меня за шею, прижал к себе спиной. В его руке оказался нож.

— Не подходи! — закричал он, поднеся нож к моему подбородку, — Иначе она будет ничьей женой.

У меня мелькнула жуткая мысль.

— Неужели и здесь все тот же вариант прикрытия себя женщиной? Ничего нового даже в этом мире, — крякнула и, вспомнив эпизод освобождения девушки из рук противника одного голливудского фильма, ударила каблуком по его сапогу. Раз и еще раз со всей своей силы. Он охнул и слегка ослабил хватку. Рука с ножом пошла вниз, и я перехватила ее двумя руками. Тут же подскочил Алекс и вывернул ему назад руку. Одной выхватил нож, а другой делая кулаком ему сильный хук в лицо. Тело Петера оторвалось от меня и врезалось в местный амвон. Потом сломанной куклой скатилось вниз, на пол. Тут же подскочили черные ниндзи Алекса и скрутили веревками конечности княжонка. Подняв вынесли его из помещения.

Я обессилено сидела на корточках возле амвона и растеряно смотрела на происходящее, все еще не понимая, что уже все позади: конец моим страданиям, конец моему похищению. Рядом со мной любимый мужчина и отец моего ребенка. Он пришел, он нас не бросил на растерзание и смерть. Опомнившись, закрыла лицо ладонями и разревелась вдрызг. Алекс поднял меня на руки и посадил к себе на колени. Вытирая слезы и подхватывая слезинки губами, приговаривал.

— Ну-ну, моя родная. Уже все, уже все закончилось. Успокойся, любимая. Я здесь и никому и никогда не дам тебя в обиду. Ты мне веришь?

Кивая сквозь слезы и уткнувшись ему в шею, припала к груди. Вскоре мои рыдания превратились во всхлипывания, и я начала успокаиваться в любимых объятиях.

— Все готово, ваше сиятельство, — раздался рядом голос стража, — Можно выдвигаться.

— Хорошо, — отозвался Алекс и, приподняв меня за подбородок, тихо сказал, — Едем, любимая. Мы едем домой.

Я кивнула и улыбнулась сквозь слезы.

— Ну, вот и хорошо, моя зеленоглазка. Я очень тебя люблю.

Поцеловав в мокрые глаза, встал и со мной на руках вышел из храма.

Я прикрыла глаза. Солнце вовсю сияло над нами. Прижавшись к груди своего мужа и защитника, я подумала.

— Все хорошо, что хорошо кончается.

Глава 26 ЭПИЛОГ

— «Ночь пришла на мягких лапах, дышит как медведь,

Мальчик создан, чтобы плакать, а мама, чтобы петь,

А ты, малыш, еще ни разу не ступал ногой,

Спи мой мальчик сероглазый, спи мой дорогой».