3
0
— Если вы не знаете, как устроена экономика государства, — максимально вежливо проговорил я, — то не стоит блистать своим невежеством, словно бусами.
— Сын! — взвился Александр Игоревич.
Но я спокойно продолжал есть. Меня уже давно сложно вывести из себя подобными умозаключениями.
— А вот Карина, — отец поспешил перевести тему, понимая, что атмосфера ужина летит к Семарглу, — не так давно стала тренироваться с мастером магобоевых искусств и уже научилась прекрасно контролировать магию.
— Вот этого вообще не понимаю, — высказалась баронесса. — Зачем девочкам все эти тренировки.
"— А я смотрю, вы-то свой очаг прекрасно сохранили, — выдала вдруг моя сестра. — Да так, что новый искать пришлось!
— Карина! — вскочил с места отец.
— Маленькая дрянь, — прошипела Матильда.
Я в недоумении глянул на сестру, но взгляд мой наткнулся на её смартфон с открытой на нём статьёй. «Матильда фон Браун — вдова в тридцать четыре: горе или успех?».
Карина в сердцах отшвырнула от себя тарелку и тоже вскочила со стула.
— Немедленно сядь! — приказал ей отец.
Я тоже поднялся.
— Полагаю, уютный семейный ужин закончен. Мы с сестрой предпочли бы откланяться.
— Никита, ну… — я видел боль в глазах этого немолодого уже человека, который никак не мог взять в толк, почему два мира, которые ему дороги, отталкивают друг друга и не желают принимать.
— Доброй ночи, отец, — сказал я, взял сестру под руку и вышел с ней вон из обеденного зала.
— Попугаиха, — прошипела Карина, выходя.
* * *
Не сказать, что этот инцидент сильно выбил меня из колеи, но оставил неприятный осадок. Я решил, что лучше всего эти впечатления перебьёт чтение дневника Маврокордато. Уж там эмоции были на куда более высоком уровне.
Проводив Карину на её этаж, я вернулся к себе, принял душ, переоделся и лёг в кровать, прихватив с собой рукописную книгу с двумя слоями повествования.
Отметив, что плавно подхожу к последней трети повествования, я немного расстроился. Несмотря на всю кровавость и подлость описываемых Николо событий, читать их было интересно.
И тут я понял, что стою на возвышении, а передо мной расположился средневековый за́мок.
Первым, что бросилось мне в глаза, был кроваво-красный закат. Солнце садилось в тучи и подсвечивало их надо мной уже тревожно-багровым. Вокруг замка кружился огромный вихрь, а деревня перед ним полыхала, да так, что обычным пожаром тут и не пахло.
К пригорку, на котором возвышалось древнее строение, с трёх сторон стягивались войска.
