1
0
Я думал, он попросит меня прилечь или хотя бы сесть, но нет. Мастер из Поднебесной прикрыл глаза, выставил руки ладонями вперёд примерно в десяти сантиметрах от моего тела и принялся ими медленно водить вверх-вниз, влево-вправо, изредка замирая, словно к чему-то прислушиваясь.
Так прошло минут пятнадцать. У меня начали затекать ноги, но я боялся даже переступить с ноги на ногу, чтобы не сбить учителя с его изысканий.
Наконец, он выпрямился и внимательно посмотрел на меня.
— Вам нужно немного другое восстановление, нежели лежание в кровати. Врачи всегда вас будут пытаться приготовить к гробу.
Я приподнял бровь, ожидая продолжения.
— Если вы не против, я бы занялся этим вопросом, — Ван Ли продолжал смотреть мне прямо в глаза.
— Да, без проблем, — ответил я. — От меня что-то потребуется?
— Одевайтесь, — сказал мастер и достал свой телефон."
"Я пошёл в ванную комнату, чтобы умыться и одеться, не совсем понимая, что задумал Ван Ли. Но всеми своими предыдущими действиями он заслужил доверие, поэтому я не беспокоился. Однако остановился, как вкопанный, когда услышал:
— Игорь Всеволодович, ваше сиятельство, рад приветствовать в добром здравии.
«Ого! — подумал я. — Вот это да! Он решил отвезти меня обратно в город. Но на этот раз к деду…» Дальше следовал бы совершенно естественный вопрос: зачем? Однако я уже догадался. Перед моим внутренним взором воочию встало огромное завихрение посреди Москвы, в которое буквально врастал небоскрёб деда. Завихрение, к слову, находящееся на одном месте десятилетиями, если не веками.
Я быстренько привёл себя в порядок, и через пять минут мы уже сели в наш родовой «Москвич».
— Как у меня дела с каналами обстоят? — спросил я Ван Ли напрямую. — В больнице сказали, что всё более-менее. Обошлось.
— С каналами-то у тебя всё неплохо, — ответил учитель из Поднебесной. — Почистить, правда, не мешало бы. А вот со всем остальным — проблема.
— А подробнее? — я смотрел на проплывающий под нами унылый пейзаж пригорода.
В воздухе кружились первые снежинки, природа намекала на покой и отдых.
— Я обратил внимание на это ещё в первый раз, но не придал этому должного значения, — нахмурился мастер. — Когда ты исчерпываешь магию, находящуюся в твоём распоряжении, ты начинаешь расходовать самого себя. Представь, что, голодая, ты отрезаешь от себя куски и ешь их.
— А голодный так не сделает? — спросил я, поглядев на Ван Ли.
— Голодный пойдёт добывать пищу, — ответил тот, пожав плечами.
С паркинга в небоскрёбе деда мы сразу же прошли на крышу, нигде не задерживаясь.
