1
0Может быть, можно было обойтись и без этого, но это показалось мне правильным.
Теперь предстояло сделать самое главное — запустить сердце. Хорошо, что я знал, как это делается. Всё-таки сам себе сердце запускал.
Я взял сердце Катерины в эфирную ладонь и принялся сжимать.
Пум-пум, пум-пум, пум-пум…
Работай! Давай!
Пум-пум, пум-пум, пум-пум…
Оно вроде бы схватывало, как двигатель машины, на которой долго не ездили, но затем снова останавливалось. Хм…
И тут я понял, что энергетические каналы девушки полностью пусты. Выжаты досуха.
«Ну что, Никит, поделишься своей?» — спросил я сам у себя.
И вместо ответа, влил в её каналы поток собственной энергии. Тут же во всём теле образовалась слабость, но я продолжал массировать её сердце. Пока оно, дёрнувшись, не заработало, как следует.
После этого я сполз на пол и привалился к кровати спиной.
— Как? — спросил меня Арсений, понимая, что я сделал гораздо больше, чем смогли бы врачи.
Практически без сил я повернул голову и увидел расширенные глаза Беллы.
— Жить будет, — выдохнул я. — А, если сильно повезёт, то и колдовать.
Громов встал передо мной на колени и обнял за шею.
— Спасибо! — прошептал он мне на ухо, сдерживая рыдания. — Я этого никогда не забуду.
И вновь раздался звонок телефона. Да что ж такое?
Звонил дед.
— Никита, ты где? Тебя никто найти не может!
— А зачем меня искать? — тупо спросил я.
— Короче, — дед решил не отвечать на мой вопрос. — Говори, где ты, я срочно пришлю за тобой машину.
— Дед, что ещё-то случилось? — продолжал настаивать я на объяснениях. — Я сейчас у Громовых. Оказывал… Помогал, одним словом…
— Ночью? Ну-ну, машина будет через десять минут.
— Но у меня есть, — возразил я.
— Бронированная машина, — сказал дед. — Сейчас не то время, чтобы быть легкомысленными. Не то!
* * *
Отправив Беллу со своим водителем к ней на Патриаршие пруды, я сам сел в присланный дедом броневик. Автомобилем это язык не поворачивался назвать. Скорее, летающей крепостью.
В зале для совещаний на сто десятом этаже дедова небоскрёба собралась вся мужская половина Державиных. Дед, Леонид, Филипп, Слава, Александр, Николай и, собственно, я.
— Я вас всех сегодня собрал тут, чтобы объявить, что на наш род объявлена охота. На весь наш род! Одного им уже удалось устранить. Ростислав послезавтра будет кремирован и развеян по ветру с этого самого небоскрёба.
