Она влюбилась в этого юношу, своего ровесника, и взяла Алексея Григорьева (так его записали в документах) в певчие капеллы своего маленького двора. И хотя Алексей вскоре простудился на петербургских ветрах и потерял голос, из сердца своей панночки он уже не выходил. Он стал для нее не просто фаворитом, но возлюбленным…
История сельского пастушка Олеши удивила многих, но только не его мать Наталью Демьяновну Розумиху, жену самого последнего в деревне бедняка и горького пьяницы Гришки Розума. Тот не раз поколачивал и ее и детей: дочку и двоих сыновей — Олешу и Кирюшу.
Но говорят, что судьба — это характер, и отчаянная оптимистка Розумиха, несмотря ни на что, свято верила в счастье своих детей. Став потом камер-дамой двора императрицы Елизаветы Петровны, она не без удовольствия вспоминала в кругу придворных: «Сыновья мои родились счастливыми: когда Алеша хаживал с крестьянскими ребятишками по орехи и грибы, он их всегда набирал вдвое больше, чем товарищи, а волы, за которыми ходил Кирюша, никогда не заболевали и не сбегали со двора». В ночь под Рождество в декабре 1730 года, как она рассказывала смеявшимся над ней соседям, ей привиделся волшебный сон.
Под низким потолком их бедной хаты вдруг засияли звезды и появились солнце и месяц — верные признаки грядущего счастья. Старая казачка чувствовала его приближение. А через несколько дней после этого полковник Вишневский вошел погреться в притвор церкви в Чемарах…
Друг сердечный"
"Постепенно казачий сын Алексей Розум стал первым человеком при дворе цесаревны, любившей его без ума. Это мы видим по форме и тону писем, которые писали придворные Алексею Григорьевичу Разумовскому (так теперь его называли в документах), по тому, с каким почтением относились к нему окружающие.
Он ведал имениями цесаревны, благосклонно выслушивал приказчиков и просителей. У него вдруг появилось немало небескорыстных друзей, которые вились вокруг любимца синеокой красавицы. Разумовский сладко ел и пил, мягко спал в покоях Елизаветы, а она была только рада этому: он был ее надежной опорой в весьма неспокойные времена императрицы Анны Иоанновны.
Он всегда был рядом с цесаревной и только раз — по ее просьбе — не сел с ней в экипаж, когда ночью 25 ноября 1741 года Елизавета поехала поднимать на мятеж гвардейцев, вместе с ними счастливо штурмовала Зимний дворец и захватила трон. Олеша, человек нетрусливого десятка, ушел в тень и не появился в гвардейской казарме. В ту ночь наследница и дочь Петра Великого принадлежала не ему, а гвардии, Отечеству, и его присутствие было бы плохо понято гвардейцами, обожавшими свою прелестную «куму».
5
0
