Дворцовые тайны

Екатерина — женщина тоже по-своему отчаянная и расчетливая одновременно — решила поддержать дерзкий замысел Алехана, назначив его начальником русской экспедиции в Средиземном море.

«Архипелагская экспедиция», или «Был»И началась беспримерная «Архипелагская экспедиция». В наш век спутников и атомных кораблей снимем шляпу перед нашими далекими предками. Собрать и отправить из Кронштадта и Архангельска вокруг Скандинавии две эскадры парусных деревянных кораблей в Средиземное море — дело необыкновенное. Это можно сравнить только с походом испанской «Непобедимой армады» в XVI веке, но он-то, как все знают, закончился катастрофой.

А тут корабли не только дошли до портов Италии и Греции, что само по себе подвиг, но и после отдыха и пополнения припасов вступили в войну против турок на суше и на море — с десантами, взятием турецких приморских крепостей и островов. Это был полный триумф русского оружия. С обожанием смотрели греки на Алексея Орлова, своего избавителя от турок. Но особую славу ему принесла знаменитая Чесма — бухта, в которой 24 июня

1770 года произошло сражение, принесшее России ошеломительную морскую победу.

Кратко говоря, внешне победа эта кажется простой и легкой: русский флот, активно и разумно действуя, загнал превосходящий его по численности турецкий флот в бухту Чесмы и ночью, после непродолжительного боя, сжег его там. В своем рапорте Екатерине Алексей Орлов использовал только глаголы — пожалуй, самую выразительную часть русской речи: «Со флотом за неприятельским пошли, до его дошли, к нему подошли, схватились, сразились, разбили, победили, поломали, потопили, сожгли и в пепел обратили». Но на самом деле Чесменское сражение было не простым, драматичным, оно стоило победителям многочисленных жертв.

Вот как писал современник о решающем моменте этой битвы, когда русская эскадра сблизилась с турецкой: «Адмирал Спиридов первый налетел на турецкий флагманский корабль и сцепился с ним. Наши сорвали с кормы турецкого корабля знамя и поднесли своему начальнику. Во время схватки мачты и снасти обоих судов сцепились так, что когда нашим удалось зажечь неприятельский корабль, то горящими его мачтами зажгло и наш. Адмирал Спиридов с сыном, граф Федор Орлов и двадцать четыре человека экипажа спаслись в шлюпке. Остальной экипаж и 500 ООО рублей вместе с кораблем взлетели на воздух, чрез полчаса за ним последовал и турецкий корабль». После этого пожар охватил турецкий флот, и один за другим стали взрываться остальные корабли турецкой эскадры. За несколько часов турецкий флот перестал существовать. На отчеканенной на петербургском Монетном дворе в честь Чесмы медали было выбито только одно слово: «Был».

Кавалер Георгия"

"Впечатление от блистательной победы было огромным.