10
0— Смеешь ослушаться?
— Да! — кивнул я, наблюдая, как его лицо наливается кровью. — Георгий?
— Господин, — поклонился слуга. На его бесстрастном лице не дрогнул ни один мускул. — По закону земельные аристократы могут быть использованы в случае официально объявленной войны. В их обязанности входит защита своих территорий от монстров. В остальном они вольны действовать и поступать на своё усмотрение.
— Вопросы? — кивнул я, отмечая, как побелели костяшки пальцев лейтенанта.
Горбачёв пыхтел, словно закипающий чайник, а Запашный морщил нос, будто учуял что-то неприятное.
— Я человек маленький, — подмигнул ставленнику императора. — Людей у меня немного. И жертвовать ими я не собираюсь.
— Это измена! — Горбачёв дёрнулся к кобуре.
Витас среагировал мгновенно — холодный щелчок взведённого курка эхом разнёсся по залу. Дуло его ружья смотрело точно в лоб сотруднику Службы безопасности империи.
— Тише, лейтенант, — глянул на ещё дымящуюся сигарету, от которой по паркету расползалось чёрное пятно. — Вы у меня дома, и я в своём праве.
— Павел Александрович, — голос Запашного стал мягче, словно мёд полился. — Ввод войск, объявление войны… Это крайние меры, которые вызовут в стране не самые хорошие настроения.
— Ну так и не я император, чтобы об этом думать, — пожал плечами, замечая, как нервно постукивает носком сапога Горбачёв. — Что вам нужно от меня?"
"— Я… — поднялся ставленник императора, расправляя складки на пиджаке. — От имени нашего государства прошу вас не разжигать конфликты между родами и сильнее контролировать свою территорию! — его рука скользнула во внутренний карман. — Вот, — на стол лёг небольшой предмет. — Это артефакт связи с СБИ и военными. В случае ещё одного проникновения врага мы должны отреагировать немедленно.
— Магинский, — Горбачёв шагнул ближе, от него несло табаком и потом. — Если вы настоящий аристократ, то не только о своей земле будете переживать, но и о государстве, — его палец упёрся мне в грудь. — Я вас не забрал на допрос лишь потому, что, в отличие от Требухова, вы не сидели спокойно в особняке, пока монголы топтали наши земли.
— Мои земли! — поправил лейтенанта, не отводя взгляда. — И я сам с этим разобрался.
— Павел Александрович, — Запашный встал, одёргивая манжеты. В его движениях появилась нервозность. — Пока есть угроза — никаких дуэлей, претензий и разногласий. Постарайтесь меня услышать, иначе это будет расценено как государственная измена.
— Как только всё закончится, — Горбачёв наклонился ко мне, обдавая запахом перегара, — сам лично тебя на каторгу сопровожу.
Я медленно перевёл взгляд на сотрудника СБИ. Тот достал из кармана обратный кристалл, который тускло блеснул в лучах заходящего солнца.
— Свидетели есть, — улыбнулся он, поигрывая камнем.
