И теперь эти корабли направились в Бургас, чтобы взять на борт морскую пехоту, которой очень скоро предстояло сыграть главную роль в Босфорской десантной операции.
Но голова у командующего флотом, контр-адмирала Андрея Августовича Эбергарда, болит сейчас не о больших десантных кораблях. Это парни зубастые (шестнадцать новейших пятидюймовок с длиной ствола в шестьдесят калибров – не шутка), и к тому же очень быстроходные, быстрее любого турецкого миноносца. Любой из турецких «старичков» и даже относительно новый бронепалубник «Меджидие», повстречавшись в море с «Астраханью» или «Царицыным», должен будет улепетывать со всех ног, надеясь только на то, что Аллах милосердно пожалеет непутевых турецких моряков и явит какое-нибудь чудо: например, что у двоюродных братьев русских крейсеров-убийц найдутся более важные дела, чем гоняться по морю за спешно удирающим куда глаза глядят турецким плавучим антиквариатом.
Командующий Черноморским Флотом, получив приказ о начале военных действий, озаботился прерыванием турецкого судоходства вдоль черноморского побережья Анатолии.
"Чтобы выполнить задачу по прерыванию турецкого судоходства, при наличии в составе флота всего двух полноценных бронепалубных крейсеров, адмирал Эбергард отдал приказ отправить в крейсерство все силы, имеющиеся под рукой, за исключением номерных миноносцев. Трем эскадренным броненосцам и всем девяти большим «морским» миноносцам типа «Сокол» вменялось крейсировать напротив выхода из Босфора, предотвращая появление в Черном море боевых кораблей турецкого флота.









