Война на Дунае

 – Найдёшь тут на такое столько хмельного! Так культурненько ведь, с самыми близкими людьми. Радован, Живан, Рогозин и Кулгунин, ну и батальонных командиров можно тоже позвать.

– Ну, знаешь ли, восемь человек это ведь тоже неслабо, – пересчитал в уме всех приглашённых Лёшка. – Ты чего это, хотел у лекарей аптекарскую палатку ограбить? Они спиртус как зеницу ока берегут!

– Не-е, – отмахнулся Толстой, – лекарей мы грабить не будем. У флотских, как я знаю, хороший ром есть. Не шампань, конечно, и даже не гишпанский херес. Но в походных условиях и это сойдёт."

"– Помилуй бог, Дмитрий Александрович, я начинаю вас уважать! – с удивлением воскликнул Лёшка. – Постепенно мне начинают открываться тёмные и интересные стороны вашей души. Однако! Ну, будь по-твоему, Митька, только учти, всю ответственность от побега из госпиталя ты разделишь со мной поровну. Чтобы потом за спину не прятался! Ладно, ладно шучу я! – успокоил он возмущённого друга. – Давай-ка мы с тобой на стрелковый полигон пройдём, там Курт чего-то показать хотел. По грязи, конечно, шлёпать не хочется, но ведь он, зараза, такой обидчивый. Не явишься, потом обижаться будет.

Впереди, в небольшой низине, зажатой между двух прибрежных холмов, бухали выстрелы. Изрядно перепачкавшись, Алексей с Митей наконец-то спустились по кривой тропке с обрыва вниз и оказались подле группы егерей.

– Становись! – рявкнул обер-офицер. – Господин полковник, команда отборный стрелок из особый егерский полк проводит отстрел стволофф у ремонтный ружей! Докладывает прапорщик Шмидт!

– Вольно, стрелки! – козырнул Егоров. – Продолжайте заниматься своим делом, господин прапорщик.

– Вольно! – продублировал команду егерям Курт. – Все разойдись! Василий, Яков, вам к мишень подойди и пометить на ней весь последний отстрел, – приказал он своим помощникам. – Всем остальным заниматься с ружий.

– Ну как тут у вас с отстрелом? Чем порадуешь? – спросил своего главного оружейника Алексей.

– Да, у меня есть чем вас радовать, господин полковник, – кивнул тот. – Прошу пройти, – и подвёл к навесу, под которым на дощатом настиле поблёскивали маслом ряды ружей и пистолей. – Помимо наш оружий, получивший повреждений в прошлый год, полковой интендант, секунд-майор Рогозин, навезти ещё куча всякий битый железо. Мы всё перебрать, хорошо поработать и вот, – обвёл рукой он стоявшее оружие. – Пять десяток и ещё три – это фузея. Правда, только два десятка с егерский короткий ствол, весь остальной пехотный. И ещё четыре штуцер. Три наш и один привезти господин секунд-майор. Кроме того, мы починить два десятка пистоль, несколько тесак и сабля. Теперь вести отстрел весь огнестрельный оружий. Разрешите? – спросил он, увидев прибежавшего с мишенного поля Афанасьева.