Война на Дунае

Говорят, он впечатлил даже и саму Екатерину, а ведь именно этого-то он и добивался более всего. Так что не знаю, не знаю, какие там сейчас расклады при дворе, – почесал задумчиво лоб Митя. – Если влияние Потёмкина на императрицу восстановится в полном объёме, то могут последовать большие движения там, – кивнул он вверх. – А если нет? Ну да ладно, чего гадать, поживем – увидим. Так на чём я остановился? Да, дворец был просто восхитителен! И сам праздник явно удался. Не забыли даже про простой народ. Офицер фельдъегерь, сам присутствующий на сих торжествах, рассказывал, что за версту до Таврического дворца и то уже стояли столы, ломящиеся от закусок. А рядом с ними специально поставленные люди наливали всем вина из огромных бочек. Да, и как пик всего праздника – это торжественное открытие его новым полонезом. Называется он, Алексей, – «Гром победы, раздавайся!». Написал его Гаврила Державин, а музыку на слова положил молодой и доселе неизвестный композитор Козловский. Говорят, все были в совершенном восторге, а Екатерина так та даже прослезилась от обуявших её чувств и повелела с сего дня звучать ему при каждой ответственной и важной церемонии. Так что победа над казавшимся несокрушимым Измаилом, Лёшка, была увековечена просто грандиозным торжеством! – патетично воскликнул Толстой. – Каков праздник!

– Победа над Измаилом увековечена не торжеством празднования, а беспримерным мужеством русского солдата и офицера, а также гением Суворова Александра Васильевича, – проговорил негромко Егоров. – Кстати, а сам-то виновник присутствовал на нём?

– Нет, генерал-аншеф уже два месяца инспектирует крепости Финляндской укреплённой линии, – пряча глаза от Лёшки, ответил Митя. – Ну что ты на меня так смотришь? Как будто бы это я его туда послал? Кто бы спорил, что он гений? Ну ведь можно было не иметь такого колкого, такого неуживчивого характера, или хотя бы прикусить на время язык? Вот нужно было ему с Потёмкиным пикироваться, а?! Показал бы свою лояльность к светлейшему, поступился бы частью своей славы за Измаил, дескать, под мудрым руководством князя он сию крепость брал. Так нет же, не захотел, вот и оказался в опале. Не любит власть такое.

– Это гений, Митенька, не нам с тобой его судить, всё рассудит время и потомки, – проговорил тихо Алексей. – Наливай лучше ещё чай, посидим, а там и к ужину барабаны пробьют. Надеюсь, ты не побрезгуешь полковой, солдатской кашкой подкрепиться?

Глава 4. Важные сведенья

Вторую неделю стояла устойчивая жаркая погода. Вода на Дунае сначала спала на пядь, потом на пару пядей, на пол-аршина, а затем за сутки сразу на целый. Кунгурцев, стоя с казачьими старшинами на пристани, пристально вглядывался в речную ширь. Опытные мореходы долго советовались и о чём-то горячо спорили.