Весь твой, только твой эльф

Точно все хорошо? — король вложил мне в руку бокал с гранатовым соком. — Йелин тебе не докучала?

— Нет. Вовсе нет.

«Я просто хотела, чтобы вы поняли, почему Алари поступил с вами так, как поступил».

— Тогда давай насладимся завтраком и пейзажами.

Пейзажи и правда были чудесные. Как и само место, выбранное для трапезы. Широкая терраса тонула в солнечном свете, в ароматах хвойного леса, в ощущении простора и свободы. Отсюда был слышен шепот деревьев, подступающих к замку, плеск реки, омывающей каменные пороги.

Наслаждаясь этими звуками и видами, ты отдыхал душой.

За маленьким столиком у перил мы с Алари сидели вдвоем, предоставленные сами себе.

Остальных гостей из Аталана разместили за большим столом, подальше от нас. Никто не мог подслушать нашу беседу. Да и подглядывать за нами было проблематично. Второй стол стоял так, что желающим посмотреть на короля и его соседку приходилось выкручивать головы.

— И почему меня не покидает чувство, что у нас романтическое свидание? — шепнула я, поднося к губам бокал с соком, похожим на вино.

В ответ Алари хитро улыбнулся.

Глава 16. Сближение

Днем в зале для совещаний мы обсуждали детали будущего политического союза между нашими странами, а вечером, как и обещал, Алари повел меня к лучшему целителю Эвенделла.

Мечтая избавиться от ненавистного ожога на лице, я нервничала так же сильно, как и в день трагедии, когда получила свои шрамы.

А вдруг целитель скажет, что ничего сделать нельзя и эти рубцы останутся у меня на всю жизнь? Сердце то сжималось в игольное ушко от страха, то трепетало от горячей надежды.

Охваченная волнением, я даже не могла поддерживать беседу со своим спутником, пока мы шли по освещенным факелами коридорам замка.

Не получалось сосредоточиться на чужих словах, уловить их смысл. Мысли превратились в безумный водоворот, в центре которого оголенным нервом пульсировал вопрос: «Какой вердикт вынесет мне лучший лекарь эльфийского королевства после осмотра?»

Я четко осознавала: это мой последний шанс вернуть привычную внешность, а вместе с ней — уверенность в себе и ощущение твердой почвы под ногами."

"Ее императорское высочество Ириада Заклинательница говорила, что я должна гордиться шрамами, полученными в бою. Но это было выше моих сил! У меня не получалось принять свой новый обезображенный облик, смириться с мыслью, что я искалечена навсегда и никогда не стану прежней.

С тех пор как я, раненая, вернулась из лагеря кочевников домой, меня не покидало чувство, что я живу во сне, что все вокруг — один долгий, затянувшийся ночной кошмар, который никак не выпустит меня из своих удушающих тисков.

Я хотела проснуться.

О Единый, как же я хотела проснуться! Открыть глаза, коснуться своей щеки и обнаружить под пальцами нежную гладкую кожу.