Весь Мегрэ. Том 3

А может, и еще что-нибудь. Вот почти и все, что я знаю, господин инспектор. Мне уже много лет не приходилось так много говорить и, надеюсь, теперь долго не придется. Предупреждаю, вызывать меня в полицию или к следователю бесполезно. В свидетели, если дойдет до суда, я не пойду и подавно! Поболтали, и ладно. Я рассказал вам кое о чем, мало ли что старикашке в голову взбредет! Одним словом, делайте свои выводы, но меня в эту историю ни под каким видом не впутывайте!»

Шинкье продолжал свой доклад, и, слушая его, Мегрэ подумал, что участковые все же не зря получают жалованье.

"

"— Позднее, когда я распростился с голландцем, мне вдруг пришло в голову, что старый чудак из дома напротив мог и разыграть меня! И я решил проверить хотя бы одно из его показаний — тогда, думаю, можно взять на веру и все остальное. Пошел я в молочную. Долго ждал на улице, пока служанка осталась одна. Я ее сразу узнал по описанию старика: в самом деле, пухленькая и хохотушка. Она недавно приехала из деревни и в таком восторге от Парижа, что до сих пор опомниться не может. Я вошел в молочную и спросил: «У вас есть знакомый по имени Карл?» Она покраснела, испуганно посмотрела на открытые двери в заднюю комнату и пробормотала: «А вы кто такой? Что вам за дело до этого?» — «Я из полиции.

Мне нужно кое-что уточнить». — «В чем его обвиняют?» — «Ни в чем. Говорю вам, это проверка. Он ваш жених?» — «Может, мы и поженимся когда-нибудь… Предложения он мне еще не сделал». — «Вы с ним часто встречаетесь по вечерам?» — «Встречаюсь, когда свободна». — «И ждете его у подъезда на авеню Жюно?» — «Откуда вы знаете?» В это время из задней комнаты вышла грузная женщина, и у девчонки хватило сообразительности перевести разговор. Она затараторила: «Нет, мосье. Горгонзолу[71] всю распродали. Возьмите рокфор. На вкус почти одно и то же».

Мегрэ улыбнулся.

— Пришлось взять рокфор?

— Я сказал, что жена предпочитает горгонзолу. Вот и все, господин комиссар. Не знаю, с чем придут сегодня вечером мои ребята. Что слышно о бедняге Лоньоне?

— Я только что просил позвонить в клинику. Врачи пока ничего определенного не могут сказать. Он еще не пришел в себя. Опасаются, что вторая пуля, та, что прошла пониже ключицы, задела верхушку правого легкого; надо бы сделать рентген, но он еще слишком слаб.

— Что же он такое учуял, что его решили убрать? Вы не меньше моего удивитесь, когда познакомитесь с голландцем. Не укладывается в голове, что такой человек…

— Вот что, Шинкье. Когда освободятся ваши люди, пусть проверят девиц известного сорта в вашем районе. В особенности во время ночного дежурства. Вы ведь сказали, что некоторые из девиц приходили к дому Йонкера пешком, значит это местные, с Монмартра. Прочешите все ночные кабаре.