Весь Мегрэ. Том 3

"

"— Восьмого или девятого июня Буле получил третий вызов в полицию на среду, на двенадцатое июня… Он испугался, он страшился скандала… Несмотря на свое ремесло, а может, именно благодаря ему он превыше всего ставил свою респектабельность… Вечером одиннадцатого июня, накануне того дня, когда он должен был явиться по повестке, он был встревожен и в то же время негодовал, ведь пятьсот тысяч франков он выложил за свое спокойствие… С десяти часов вечера он звонил вам по телефону, но ему никто не отвечал… Он много раз набирал номер, и, наконец, вы взяли трубку и согласились принять его минут через пятнадцать или через полчаса… Легко себе представить, что он сказал вам в тиши вашего кабинета.

Он заплатил, чтобы его не вмешивали в дело Мазотти, чтобы его имя не попало на страницы газет… А вместо того, чтобы оставить его в покое, на что он мог бы рассчитывать, его собираются допрашивать снова, да еще в стенах Уголовной полиции, где он рискует нарваться на журналистов и фоторепортеров… Он почувствовал себя обманутым. Он негодовал так же, как сейчас Гастон Моран… Он заявил вам, что будет говорить начистоту и напомнит полиции о сделке, которую заключил с ней. Вот и все… Если бы он вышел от вас живым, если бы на следующее утро пришел сюда и здесь излил свою злость… Дальнейшее меня уже не касается, мсье Гайар… Я не стремлюсь получить от вас признание…

Он снял трубку.

— Торанс?.. Ты можешь отпустить парня… Не забудь записать его адрес, судебному следователю он потребуется… А потом приходи за тем, который находится у меня…

Он ждал стоя, жаждая поскорее избавиться от присутствия адвоката.

И тогда адвокат, не подымая головы, едва слышно произнес:

— У вас когда-нибудь была страсть, мсье Мегрэ?

Мегрэ сделал вид, что не услышал вопроса.

— У меня было две страсти…

Комиссар счел за лучшее повернуться к нему спиной, твердо решив не дать себя разжалобить.

— Сначала — моя жена, которую я всеми силами пытался сделать счастливой…

В его голосе звучала горечь. Он помолчал.

— Потом, когда она заточилась в своей комнате и я почувствовал необходимость развлечься, у меня появилась новая страсть — игра…

В коридоре послышались шаги. В дверь тихо постучали.

— Войдите!

Торанс застыл в проеме двери.

— До моего возвращения из Дворца правосудия отведи его в задний кабинет…

Мегрэ не взглянул на уходящего Гайара. Потом он снял трубку, чтобы спросить у судебного следователя, могут ли они немедленно увидеться.

Несколько минут спустя он миновал маленькую застекленную дверь, которая отделяла здание полиции от Дворца правосудия.

Отсутствовал он час. Когда вернулся, в его руке была официальная бумага. Открыв дверь в комнату инспекторов, он нашел Люка, сгорающего от нетерпения все узнать.