24
0Почти во всех профессиях существует кастовость… В своем кругу можно свободно говорить о ком-то из коллег, но посторонние вмешиваться не должны… Особенно полиция…
— Послушайте… Я уже сказал вам все, что мне известно… Я не знаю, с кем Гайар близок сейчас, но несколько лет назад он был очень дружен с Рамюэлем…
— Это тот, что защищал мясника с улицы Коленкур?
— Да, тот самый… Я также хотел бы, чтобы вы не упоминали обо мне, если встретитесь с Рамюэлем… Тем более что он недавно выиграл подряд два процесса и это вскружило ему голову… Желаю удачи!..
Метр Рамюэль жил на улице Бак.
— Встреча почти невозможна… У него расписано все утро… Минутку… Если вы придете без десяти минут одиннадцать, а он быстро закончит разговор с клиентом, которому назначено на половину одиннадцатого…
К нему, по-видимому, очередь, как к зубному врачу. Следующий!
Мегрэ отправился на улицу Бак и, добравшись туда раньше назначенного срока, заглянул в бистро выпить бокал белого вина.
В приемной метра Рамюэля стены были увешаны картинами с автографами художников.
И тем не менее без пяти минут одиннадцать секретарша открыла дверь и сделала комиссару незаметный знак следовать за ней.
Еще молодой, с румяным лицом, метр Рамюэль был уже лыс. С протянутой рукой он радушно шагнул навстречу комиссару.
— Чему я обязан такой чести?
Кабинет был огромный, стены отделаны деревянными панелями, мебель в стиле Ренессанс, и ступали здесь по настоящим восточным коврам…
— Садитесь… Сигару?.
"Чувствовалось, что метр Рамюэль весь проникнулся собственным могуществом, он сел за свой письменный стол, словно заместитель прокурора в прокурорское кресло.
— Среди тех дел, которые я веду, я не вижу ни одного…
— Речь пойдет не о ваших клиентах, метр… Впрочем, я в некотором смятении… Мне хотелось бы, чтобы вы рассматривали мой визит как приватный…
Рамюэль настолько привык к судебным заседаниям, что он и в жизни продолжал вести себя так же, как в зале суда, — та же мимика, те же размашистые жесты руками, на которых не хватало только широких рукавов черной мантии.
Сначала он с комическим видом вытаращил глаза, потом раскинул руки, как бы выражая тем самым изумление.
— Позвольте, комиссар, уж не собираетесь ли вы поведать мне, что находитесь в затруднительном положении?.. Защищать комиссара Мегрэ…
— Нет, мне лишь необходимы кое-какие сведения о…
— Об одном из моих клиентов?
Он изобразил на своем лице смущение.
— Надеюсь, мне не надо напоминать вам…
— Не беспокойтесь.
