9
0
— Видите, я не пытался следить за вами. Может, сами скажете, к кому вы ходили?
— К нотариусу.
— Узнали что-нибудь новое?
— Нет.
— Все еще никакого следа?
— Ни малейшего.
— Вы уверены, что в деле не замешана политика?
— Вроде нет.
Полицейский в мундире тоже был на месте. Мегрэ обогнул шахту лифта и позвонил в дверь. Ему открыл Жанвье, без пиджака; Жакетты в кабинете не было.
— Что ты такое натворил? Ты позволил ей выйти?
— Нет. Выйти она пыталась после телефонного звонка, заявив, что в доме нечего есть.
— И где она сейчас?
— У себя. Отдыхает.
— Что за телефонный звонок?
— Через полчаса после того, как вы ушли, зазвонил телефон, и я снял трубку. Это был женский голос, довольно слабый. «Кто у телефона?» — спросила дама. Я не стал отвечать, а спросил в свою очередь: «Кто говорит?» — «Пригласите, пожалуйста, мадемуазель Ларрье». — «Кто ее спрашивает?» После недолгого молчания я услышал: «Принцесса де В.». Все это время Жакетта смотрела на меня так, будто прекрасно знала, о чем идет речь. «Передаю трубку». Она подошла к телефону и тут же затараторила: «Это я, госпожа принцесса… Да… Я бы хотела туда пойти, но эти господа никуда не отпускают меня… Их тут понаехала целая прорва, со всякими аппаратами… Меня допрашивали целый день, да и сейчас инспектор слушает, что я говорю…» — Жанвье добавил: — Она, казалось, остерегалась меня. Потом уже не произносила ни слова, а только слушала. «Да… Да, госпожа принцесса… Да… Понимаю… Сама не знаю… Нет… Да… Я попытаюсь… Да, мне бы тоже этого хотелось… Спасибо, госпожа принцесса…»
— И что она сказала потом?
— Ничего. Снова уселась в свое кресло. Молчала с четверть часа, потом проворчала, как бы нехотя: «Неужто вы так и не дадите мне выйти? Даже если в доме не осталось еды и мне придется обходиться без обеда». — «Об этом позаботятся». — «В таком случае я не понимаю, почему мы должны сидеть тут и смотреть друг на друга: пойду лучше отдохну. Это дозволяется?» С тех пор она не выходила из своей комнаты. Заперлась там на ключ.
— Никто не приходил?
— Нет. Звонили из Американского агентства прессы, из провинциальных газет…
— Тебе ничего не удалось вытащить из Жакетты?
— Я задавал ей самые что ни на есть невинные вопросы, надеясь войти к ней в доверие. Но старая карга только посмеялась надо мной: «Молодой человек, стреляного воробья на мякине не проведешь. Если ваш начальник вообразил себе, будто я разоткровенничаюсь перед вами…»
— С Набережной не звонили?
— Нет. Только судебный следователь.
— Хочет видеть меня?
— Просил, чтобы вы связались с ним, если у вас есть новости. К нему приходил Ален Мазерон.
— И ты до сих пор молчал?
— Приберегал напоследок. Племянник ходил жаловаться, что вы прочли без разрешения личную переписку Сент-Илера.
