9
0На душе у него тоже было неспокойно.
— Ничего не произошло?
— Они вернулись к себе домой. Ночью, кажется, спали в разных комнатах. Меран ушел из дома очень рано и сейчас сидит у меня в кабинете.
— Что вы ему сказали? Он, конечно, не слышит вас?
— Я говорю из инспекторской. Он еще не может поверить мне и все отрицает. Бедняга лишь начинает сознавать, что придется взглянуть правде в лицо…
— Вы не опасаетесь, что он…
— Есть все основания думать, что, вернувшись, он не застанет жену дома, она как раз сейчас укладывает чемодан.
— Ну, а если он ее встретит?
— После полученной у меня моральной встряски Меран скорее будет обвинять себя, чем ее.
— Он не может покончить с собой?
— Не раньше, чем узнает всю правду.
— А вы надеетесь раскрыть ее?
Пожав плечами, Мегрэ ничего не ответил.
— Как только у вас будут новости…
— Я позвоню или заеду к вам, господин прокурор.
— Вы читали газеты?
— Только заголовки.
Мегрэ повесил трубку. Жанвье уже уехал. Пожалуй, все же стоит задержать Мерана на некоторое время, чтобы он не застал жену в разгаре сборов в дорогу. Если он потом и встретит ее, большой беды не будет. Самый опасный момент минует. Вот почему, держа трубку в зубах, Мегрэ походил взад и вперед по комнате, затем прошелся вдоль длинного, плохо отапливаемого коридора.
Потом, взглянув на часы, вернулся в кабинет, где нашел Мерана более спокойным и сосредоточенным.
— Есть еще одна возможность, о которой вы не упомянули, — заметил тот. — По крайней мере, еще одно лицо должно было знать о тайне китайской вазы.
— Мать ребенка?
— Да. Жюльетта Перрен. Она часто навешала Леонтину Фаверж и Сесиль. Даже если старуха ничего не говорила ей о деньгах, девочка могла их увидеть.
— Вы думаете, я не учел этого?
— Почему же вы не вели поиски в этом направлении? Жюльетта Перрен работает в ночном кабаре, встречается с разными людьми.
Меран отчаянно цеплялся за эту версию, и Мегрэ не решался его разочаровать, но это было необходимо.
— Мы проверили все ее связи, но безрезультатно. К тому же имеется вещь, которую ни Жюльетта Перрен, ни ее случайные или постоянные любовники не могли достать без соучастника.
— Какая вещь?
— Синий костюм. Вы знаете мать ребенка?
— Нет.
— Вы никогда не встречались с ней на улице Манюэль?
— Нет. Я знал, что мать Сесили приводила посетителей в ресторан и пила там с ними, но видеть ее мне не случалось.
— Не забывайте все-таки, что убита была ее дочь.
И этот возможный выход оказался для Мерана закрытым. Но все же он продолжал сопротивляться, искать наугад, ощупью, упорно решив не признавать правду.
— Моя жена могла сдуру сболтнуть кому-нибудь.
— Кому же?
— Не знаю.
— И так же сдуру дать ключ от вашей квартиры, уходя в кино?
Их прервал телефон, на этот раз звонил запыхавшийся Жанвье.
