2
0Не стану отрицать, поскольку экспертиза все равно подтвердит…
— Значит, вы руководили операциями?
— На месте — да. Но приказы давал Морис. Он ничем не рисковал… У себя в ресторане он изображал раскаявшегося преступника и даже видные чиновники подавали ему руку.
— Дело было прибыльное…
— Золотое дно…
— Которое вы собирались прибрать к рукам?
— Это придумала она.
— Это точно?
— Мое честное слово стоит столько же, сколько ее слово. Считайте, как вам угодно. Жаль, что я бросил пистолет в Сену, потому что на нем вы бы обнаружили вовсе не мои отпечатки пальцев.
— Разве вы не видите, что он нагло врет?
И в ту минуту, когда никто этого не ждал, Мегрэ обернулся к Блохе, побледневшему как полотно.
— В котором часу вы позвонили?
Глава 8
— Около двенадцати ночи, — пробормотал тот.
— Что вы ему сказали?
— Правду.
— Какую правду?
— Что его жена находится в квартире у Манюэля.
— Почему вы вдруг вздумали это сделать?
Жюстен повернулся с упрямым видом, как школьник, застигнутый врасплох.
— Отвечайте.
— Я не знаю… Хотел отомстить…
— За что?
— За все. Два года назад я пытался войти в их банду. Я знал, как они работают. Я знаю все, что творится в квартале Пигаль и на Монмартре. Я просил Манюэля взять меня, но он ответил, что ему не нужны такие ублюдки.
Теперь вмешался Манюэль:
— Он лжет.
Мегрэ курил трубку за трубкой, и воздух казался сизым от дыма.
— Вы тоже можете курить, — предложил комиссар.
— А я? — спросила Лина.
— Извольте.
— У меня нет сигарет, а у этого подонка я брать не хочу…
Комиссар достал из ящика пачку сигарет и протянул ей, но спичку подносить не стал. У нее так дрожали руки, что первые две спички потухли и она смогла раскурить сигарету только от третьей.
— Ну а что скажете вы, Манюэль?
— Он никогда ничего мне не предлагал. Я знал его только с виду, потому что часто встречал на Монмартре… Все знают, что он стукач.
— Неправда!
— Теперь вы, Жюстен, продолжайте.
— Я позвонил, чтобы отомстить этому человеку за то, что он презирал меня.
— Откуда вы звонили?
— Из ближайшего автомата. Я издали видел огни ресторана.
— Вы понимали, что тем самым можете спровоцировать драму?
— Не совсем…
— Но в общем не имели ничего против?
— Нет.
— А если бы речь шла о других людях, вы поступили бы так же?
Этот вопрос застал его врасплох, и ему потребовалось время на раздумья."
"— Не знаю, — признался он.
— А может быть, вы мстили за свой маленький рост, за свое лицо, из-за которого на вас оборачиваются на улице?
— Не знаю, — повторил он.
— Будьте внимательны, я задам вам важный вопрос. Вы только что солгали, потому что боитесь Манюэля.
Коротышку снова охватил панический страх, словно даже здесь, в полиции, братья Мори оставались такими же всемогущими…
— Я сказал всю правду.
— Нет.
