6
0
Вошел Лапуэнт, он выглядел измотанным.
— Был у жильцов? У всех?
— У тех, кто был дома. Мне едва позволяли задавать вопросы. Сами спрашивали. Как она умерла? Каким оружием пользовался убийца? Почему не было слышно выстрела?
— Рассказывай.
— В квартире наверху живет шестидесятилетний старый холостяк, кажется, известный историк. В книжном шкафу я видел написанные им книги. Он редко выходит из дома. У него есть собака. Ежедневно приходит гувернантка убирать и готовить. Я говорю «гувернантка», так как он употребил это слово. Я ее видел. Он называет ее «мадемуазель Элиза». Вполне достойная женщина. Квартира почти так же старомодна, как и эта, но обставлена с большим вкусом. Он сказал мне: «Если бы она хоть не покупала себе этого проклятого телевизора! Он работал у нее почти каждый вечер до одиннадцати! А я встаю в шесть утра…» Еще сказал, что он никогда с ней не разговаривал, хотя живет здесь двадцать лет. Когда они встречались на лестнице, только здоровались. Вспоминал ее мужа — тот был шумливым. Кажется, у него была мастерская со множеством инструментов, и по вечерам слышно было, как он вбивает гвозди, пилит, строгает…
— А квартира напротив?
— Никого не было. Я пошел кое-что узнать у консьержки. Там живут молодые супруги. Он — инженер по звукозаписи на какой-то киностудии, она — монтажер. Ужинают чаще всего в городе и возвращаются поздно. Встают тоже поздно, так как начинают работу после обеда.
— Третий этаж?
Лапуэнт заглянул в блокнот.
— Семья Лапэ. Я застал только бабку с ребенком. Жена работает в галантерейном магазине на улице Риволи, муж — страховой агент. Много ездит.
— Следующая квартира?
— Минуточку! Я говорил со старухой, она мне сказала: «Нет, я с ней не встречалась. Для меня эта женщина была чересчур ловкой. Доказательством служат ее два мужа. Я тоже вдова. А разве вышла замуж во второй раз?»
Лапуэнт снова заглянул в блокнот."
"— Отец Раймон. Не знаю, к какой категории его причислить. Он очень стар и почти не покидает своей квартиры. Он ничего не знал о существовании Леонтины Антуан, бывшей Леонтины Караме. Я пошел этажом выше. Квартира пуста, жильцы выезжают через две недели. Супруги лет сорока и двое детей, школьники. Сейчас там ремонт. Посетил старичка, у которого убирает консьержка. Он передвигается в кресле на колесиках с неслыханной ловкостью. Я думал, что встречу подавленного, разочарованного человека, а он острит. «Значит, ее убили? — выкрикнул он. — Лет пятьдесят, если не больше, в этом доме не случалось ничего подобного! Наконец-то убийство. Известно ли, кто это сделал? Полагаю, что это не преступление в порыве страсти?»
Через минуту Лапуэнт добавил:
— Его это рассмешило. Он развеселился. Если бы мог сойти вниз, то обязательно попросил разрешения осмотреть место преступления.
