6
0
— И что же в конце концов заставило вас решиться?
— Воспоминания о Нине, точнее, о родинке на ее щеке, которая делала ее такой трогательной…
— Он проснулся?
— После первого выстрела он открыл глаза и показался удивленным. Не знаю, узнал он меня или нет…
— Вы ему ничего не сказали?
— Нет. Возможно, я жалел, что пришел, но было уже поздно. Два следующих выстрела я сделал, чтобы избавить его от страданий, хотите верьте, хотите нет.
— Вы пытались выкрутиться.
— Совершенно верно. Думаю, это происходит автоматически. Вивьен ведь тоже не побежал в полицию признаваться в убийстве любовницы…
Когда он произносил последние слова, его лицо напряглось. Потом он снова пожал плечами.
— Кстати, а что стало с мадам Вивьен?
— Она живет в том же самом доме на улице Коленкур, только сменила квартиру на меньшую, и зарабатывает на жизнь шитьем. Похоже, у нее довольно хорошая клиентура.
— У него ведь была дочь?
— Она замужем, у нее двое детей.
— Она сильно переживала?
Мегрэ предпочел промолчать.
— Что вы со мной сделаете?
— Вас отведут в камеру, в изолятор временного содержания. Завтра вас допросит следователь прокуратуры, который, возможно, выдаст ордер на арест. До окончания следствия вас, очевидно, будут содержать в Сайте, а после, вполне вероятно, переведут во Фрэн до начала слушаний дела в суде.
— Жену я не увижу?
— Во всяком случае, некоторое время.
— Когда газеты сообщат о моем аресте?
— Завтра. Кстати, мне показалось, что в коридоре уже ждут журналист и фотограф."
"Мегрэ немного устал. Он тоже как-то вдруг расслабился и ощущал душевную пустоту. Разговаривал мягко.
Он вовсе не выглядел победителем и в то же время испытывал облегчение. Вместо одного убийцы было двое. Не это ли он подсознательно искал?
— Я хочу попросить вас об одном одолжении, в котором вы мне, вероятно, откажете. Не хочу, чтобы жена узнала о моем аресте из газет, а уж тем более благодаря телефонному звонку своей мамочки или какой-нибудь подруги. Сейчас она, скорее всего, ужинает. Я уверен, что она на вилле…
— Какой номер телефона у вас на вилле?
— Сто двадцать четыре…
— Алло, мадемуазель, соедините меня с номером сто двадцать четыре в Ла-Боле… Да, срочно…
Теперь уже он торопился освободиться. Через три минуты его соединили.
— Вилла «Зонтичные сосны»?
— Да.
— Мадам Маоссье? Это Мегрэ. В моем кабинете находится ваш муж, он хочет вам что-то сказать.
Мегрэ подошел к окну и встал перед ним, покуривая трубку.
— Да. Я в уголовной полиции. Ты одна?
— С горничной.
— Слушай меня внимательно… Тебе предстоит пережить тяжелый удар…
— Ты так считаешь?
— Да. Я только что признался. Я уже не мог поступить иначе.
Вопреки его ожиданию, она осталась спокойной.
